Тысяча и одна ночь

Сказали:

«Когда никто не знает, чем болен он,
И трудно болезни дать названье посредством слов,
То как же лекарствами окажешь ты действие?»

«Оставьте, — ответил врач, — сужу я не разумом!»

Рассказ об одном из пророков (ночь 479)

Рассказывают также, что один из пророков поклонялся Аллаху на высокой горе, под которой бежал ручей. И днём он сидел на вершине горы, так что люди его не видели, и поминал Аллаха великого, смотря на людей, которые приходили к ручью. И когда, в какой-то день, этот пророк сидел и смотрел на ручей, он вдруг увидел всадника, который подъехал на своём коне и спешился и положил на землю мешок, висевший у коня да шее. Он отдохнул и напился воды и потом уехал и оставил мешок (а в мешке были динары).

И вдруг подошёл человек к ручью и взял мешок с деньгами и напился и ушёл невредимый. И пришёл после него дровосек, который нёс на спине тяжёлую вязанку дров, и сел у ручья, чтобы налиться воды, и вдруг первый всадник подъехал, опечаленный, и спросил дровосека: «Где мешок, который был здесь?» — «Я не знаю, что с ним», — отвечал дровосек, и всадник вынул меч и, ударив дровосека, убил его. Он стал искать у него в одежде, но ничего не нашёл и оставил его и уехал своей дорогой.

И тогда этот пророк воскликнул: «О господи, один взял тысячу динаров, а другой убит безвинной И Аллах ниспослал ему откровение: «Будь занят своим благочестием: управление царством не твоё дело. Отец этого всадника насильно отнял тысячу динаров из денег тоге человека, и я отдал сыну власть над деньгами его отца. А дровосек убил отца этого всадника, и я дал сыну возможность отомстить». И сказал этот пророк: «Нет бога, кроме тебя! Хвала тебе! Ты знаешь скрытое…»

И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.

Четыреста семьдесят девятая ночь

Когда же настала четыреста семьдесят девятая ночь, она сказала: «Дошло до меня, о счастливый царь, что пророк, когда Аллах послал ему откровение: «Занимайся своим благочестием!» и рассказал ему истину об этом деле, воскликнул: «Нет бога, кроме тебя! Хвала тебе! Ты знаешь скрытое!»

А кто-то сказал в этом смысле такие стихи:

Пророка увидел глаз все то, что случилось там,
И начал он спрашивать, что было причиною.
Глаза его видели, но только не понял он,
И молвил он: «Господи, убитый невинен ведь!
Один вот богатым стал, хотя не работал он,
А прежде покрыт он был одеждою нищего.
Другому досталась смерть, хоть был он недавно жил,
И не совершил греха, о всех, кто живёт, творец!»
«Те деньги-отца того, кого ты тогда видал, —
В наследство они ему достались, без тягости.
А тот дровосек убил отца того всадника,
И сын его отомстил, когда удалось ему.
О раб наш, забудь о том! У нас ведь, поистине,
В творении тайны есть, от глаза сокрытые.
Покорён веленьям будь, склонись пред величием,
Наш приговор ведь песет и пользу и вред нам всем».

Рассказ о перевозчике и праведном юноше (ночь 479)

Рассказывают также, что один из праведников говорил: «Я был перевозчиком на Ниле египетском и перевозил с восточного берега на западный. И в один из дней, когда я сидел в челноке, вдруг остановился подле меня старец со светящимся лицом и приветствовал меня. И я ответил на его приветствие, и он спросил меня: «Перевезёшь ли ты меня ради Аллаха великого?» — «Да», — отвечал я. И старец сказал: «А накормишь ли ты меня ради Аллаха?» — «Да», — отвечал я. И он вошёл в челнок, и я перевёз его на восточный берег.

А на старце было заплатанное рубище, и в руках у вето были сума и посох. И, собираясь выйти из лодки, он сказал мне: «Я хочу возложить на тебя поручение». — «А какое?» — спросил я. И он сказал. «Когда наступи г завтрашний день, тебе будет внушение, чтобы ты пришёл ко мне в полуденное время. И ты придёшь и найдёшь меня мёртвым под этим деревом. Обмой меня и заверни в саван, который найдёшь у меня под головой, а потом закопай меня, после того как помолишься надо мною, в этом песке. Возьми это рубище и суму и посох и, когда придёт к тебе человек и потребует их у тебя, отдай их ему».

И я удивился его словам, — продолжал праведник, — и проспал эту ночь, а наутро я стал ждать того времени, о котором упоминал старец, и когда пришло время полдня, я позабыл о том, что он мне говорил; а потом, к послеобеденной молитве, мне было ниспослано внушение, и я поспешно отправился и нашёл старца мёртвым под деревом. И я нашёл у него в головах новый саван, от которого веяло запахом мускуса, и омыл старца и завернул его в саван и, помолившись над ним, вырыл ему могилу и закопал его, а затем я переправился через Нил и пришёл на западный берег вечерам, неся с собою рубище, суму и посох.

И когда заблистало утро и открыли ворота города, я увидел одного юношу, прежде вора, которого я знал; он был одет в тонкие одежды, и на руке его были следы хенны. И он шёл, пока не дошёл до меня, и тогда он спросил: «Ты такой-то?» — «Да», — ответил я. И он сказал: «Подавай то, что тебе было поручено». — «А что это?» — спросил я. И он сказал: «Рубище, сума и посох». — «А кто указал тебе на них?» — спросил я. И юноша молвил: «Я ничего не знаю, кроме того, что я провёл вчера ночь на свадьбе такого-то и не спал, распевая, пока не приблизилось время утра. И тогда я лёг отдохнуть, и вдруг какой-то человек остановился около меня я сказал: «Аллах великий взял душу такого-то, друга Аллаха, и поставил тебя на его место. Иди же к такому-то перевозчику и возьми у него рубище умершего, его суму и посох, он оставил их у него для тебя».

И я вынул эти предметы, — говорил праведник, — и отдал их юноше, и тот снял с себя одежду и облачился в рубище, а потом он оставил меня и ушёл, и я заплакал, лишившись этого. А когда на меня опустилась ночь, я заснул и увидел во сне господа величия (благословен он и преславен!), и он сказал мне: «О раб мой, разве тяжело тебе, что я оказал милость одному из рабов моих и вернул его к себе? Это от меня