перед собой она увидела спящего Обебе. С величайшей осторожностью Ухха начала приближаться к нему. Сердце ее бешено колотилось, напоминая грохот тамтама во время праздничного танца. Она боялась вождя не меньше, чем речного дьявола, и ей казалось, что Обебе вот-вот проснется от стука ее сердца и прерывистого дыхания, но тот продолжал равномерно храпеть. Подкравшись вплотную, Ухха увидела то, за чем пришла. Ухватившись трясущимися руками за край мешка, она потянула его на себя, пытаясь вытащить из-под грузного неподвижного тела вождя. Обебе зашевелился, и Ухха отпрянула назад. Спящий повернулся на другой бок, и девочка, уверенная в том, что вождь проснулся, приготовилась было бежать, но страх сковал ее члены, и она осталась неподвижной. Обебе вновь захрапел. Ухха так волновалась, что мечтала уже только об одном: поскорее выбраться отсюда. Взглянув в последний раз расширившимися от ужаса глазами на спящего, она вдруг увидела, что мешок освободился из-под тяжести тела вождя. Мгновение спустя девочка уже развязывала веревку дрожащими руками. Ее била крупная дрожь, но страх перед речным дьяволом, обещавшим уничтожить деревню, оказался сильнее. Ухха нащупала кусок металла — единственный незнакомый предмет в мешке. Конечно, это был ключ. Его вместе с ошейником и цепью Обебе снял с убитого араба. Торопливо завязав мешок, Ухха сунула его на прежнее место и, сжимая в похолодевшей ручонке ключ, поползла к выходу.
Ночная мгла окутала землю, и люди Обебе разбрелись по своим хижинам. В мертвой тишине Эстебан Миранда вдруг услышал осторожные шаги возле своей лачуги. Он напряженно прислушался. Некто или нечто пыталось проникнуть внутрь.
— — Кто там? — спросил испанец, стараясь не выдать голосом своего страха.
— — Т-с-с! — послышалось в ответ. — Это я, Ухха, дочь Хамиса. Я пришла освободить тебя. Знай, в деревне есть твой настоящий друг. Теперь ты не погубишь нас?
Миранда ухмыльнулся. Он и представить не мог, что его хитрость так скоро увенчается успехом и пробьет час освобождения. Судя по всему, девочка безоговорочно поверила ему, и ни одна живая душа ничего не знает. Свобода была близка как никогда.
— — Как же ты собираешься освободить меня? — спросил испанец.
— — Смотри! — ответила Ухха. — Я достала ключ от твоего ошейника!
— — Отлично! Где же он?
Ухха приблизилась и протянула ключ. Она сочла свою миссию выполненной, но не тут-то было.
— — Постой! — повелительно приказал Миранда. — Ты должна провести меня до леса. Только так можно заручиться расположением бога реки.
Напуганная Ухха не посмела отказаться. Спустя несколько минут испанец освободился от ошейника.
— — Добудь мне оружие, — шепотом приказал он, и Ухха безропотно отправилась исполнять приказ. Плохо соображая от страха, она, тем не менее, довольно скоро вернулась, неся с собой лук, стрелы и большой нож.
— — Теперь веди, — сказал Эстебан. Осторожно пробираясь по задворкам, они наконец подошли к воротам. К изумлению Уххи, речной дьявол не знал, как их открыть. Но ведь он — всемогущ! Ей пришлось самой отомкнуть замок и отодвинуть тяжелую створку так, чтобы в образовавшуюся щель мог протиснуться человек. Впереди блестела полоска реки, справа поднималась темная стена джунглей. Эстебан Миранда почувствовал себя свободным, но в то же время испытал страх перед возможными опасностями и предстоящим одиночеством.
Ухха перевела дух. Она спасла своих соплеменников от страшных неприятностей. Теперь надо закрыть ворота и бежать домой, чтобы затаиться на своей циновке. Ухха понимала, что завтра побег обнаружится, и эта мысль приводила ее в смятение.
Вдруг Эстебан схватил девочку за руку.
— — Пойдем, — сказал он. — Сейчас получишь награду.
Пытаясь вырваться, Ухха закричала:
— — Пусти меня! Мне страшно!
Но Эстебану самому было страшно, и он решил, что вдвоем с маленькой туземкой будет все же веселее, нежели одному. Потому, когда взойдет солнце, он отпустит ее, но пока пусть останется с ним.
Ухха рванулась из цепких лап Миранды. Завязалась отчаянная борьба. Девочка пронзительно закричала, и Миранда, одной рукой зажав ей рот, а другой схватив поперек туловища, бросился в чащу джунглей.
А в селении крепким сном спали воины, не подозревая о разыгравшейся трагедии.
В лесу раздавался львиный рык.
ГЛАВА ВТОРАЯ
С веранды африканского бунгало лорда Грейстока медленно спустились трое людей и направились к калитке в живой изгороди, окружавшей одноэтажный дом. Двое мужчин и женщина в костюмах цвета хаки. Старший держал в руках летный шлем и защитные очки. Он слушал молодого человека и спокойно улыбался.
— — Если бы мама была здесь, ты бы не сделал этого, — горячился юноша. — Она бы не позволила.
— — Вероятно, ты прав, сын мой, — отвечал Тарзан, — но очень хочется слетать. Один- единственный полет и потом, обещаю, до самого ее приезда не поднимусь в воздух. Согласись, я способный ученик. Небольшой инструктаж, и я вполне управлюсь самостоятельно. Не так ли, Мериэм?
Женщина с сомнением покачала головой.
— — Я постоянно беспокоюсь за вас, отец мой. Вы так часто рискуете, что кое-кому это кажется даже неприличным. Нужно быть благоразумнее и не рисковать понапрасну.
Молодой человек обнял жену за плечи.
— — Мериэм права. Не забывай об осторожности, отец. Тарзан пожал плечами.
— — Скоро я стану дряхлым беспомощным стариком. Тогда уж я постоянно буду рядом с тобой и с твоей матерью.
Из бунгало выбежал мальчик и бросился к Мериэм.
— — Мавва! — закричал он. — Дакки ды? Дакки ду?
— — Пусть идет с нами, — разрешил Тарзан.
— — Деа! — воскликнул мальчик, победно оглядев взрослых. — Дакки ек!
Они пересекли большую поляну и подошли к кромке леса, где стоял двухместный аэроплан. В тени расположились два воина, которых Корак, сын Тарзана, обучал летному делу. Сейчас они изучали механику, позже научатся управлять аэропланом.
Надев шлем и очки, Тарзан забрался в кабину.
— — Может, возьмешь меня с собой, — предложил Корак. — Или кого-нибудь из этих парней. Мало ли что может случиться. Вдруг — вынужденная посадка? Что ты будешь делать без механика?
Тарзан отрицательно покачал головой и добродушно улыбнулся.
— — Поехали! Энди, крутни эту штуку, — воскликнул Тарзан, указывая рукой на пропеллер.
Спустя мгновение аэроплан взмыл в воздух, сделал несколько кругов и полетел вдаль. Оставшиеся на земле следили за ним, пока он не исчез из виду.
— — Как по-вашему, куда он направился? — спросила Мериэм.
Корак покачал головой.
— — Мне кажется, у него нет конкретного плана. Просто захотелось попрактиковаться в пилотаже. Но поскольку я хорошо его знаю, не удивлюсь, если вдруг окажется, что он решил слетать в Лондон, чтобы навестить маму.
— — Но это невозможно! — воскликнула Мериэм.
— — Для обыкновенного человека невозможно, а отец — не обыкновенный!
Тарзан находился в воздухе уже свыше полутора часов. Наслаждаясь полетом, простотой и
