беспомощная и восхищенная, когда воины пришли к ней на помощь.
— — Он демон, — воскликнул Херат, — или Бог! Ментеб приказала Тарзану проводит ее к Херату. Она была еще слишком слаба и могла лишь пробормотать несколько слов благодарности. Когда она вошла в ложу, то без сил опустилась в свое кресло.
— — Вы спасли мою королеву! — сказал король. — И таким образом дважды заслужили себе свободу. Вы можете остаться в Тобосе, можете покинуть его, как вам будет угодно.
— — Еще одно условие. И его нужно выполнить, — напомнил королю Тарзан.
— — Какое условие? — спросил Херат.
— — Я должен проникнуть в Эшер и привести Брулора с его ларцом, — ответил Тарзан.
— — Вы уже достаточно сделали, — сказал Херат. — Пусть это делают ваши друзья.
— — Нет, — ответил Тарзан. — Я должен пойти. Никто из моих друзей не сможет этого сделать. Может и я не смогу, но я имею больше шансов, и кроме того мой лучший друг и дочь Грегори находятся там.
— — Очень хорошо, — согласился Херат. — Но мы предоставим вам помощь в любом размере. Это задание, с которым один человек не сможет справиться.
— — Сотня тоже, — сказала Ментеб. — Вы должны знать, что мы пытались уже много раз.
— — Я пойду один, — сказал Тарзан. — Если мне будет нужна помощь, я вернусь за ней.
XXII
ДВОРЦОВЫЙ ЗАГОВОР
С чувством самодовольства Атан Том развалился в кресле в своих апартаментах во дворце Атки, королевы Эшера, пока Лал Тааск ходил по комнате из стороны в сторону.
— — Мне это не нравится, — ворчал последний. — Мы все погибнем из-за этого.
— — Но это совершенно безопасно, — уверял его Атан Том. — Все готово, и когда все закончится, мы будем в безопасности, фаворитами правителя Эшера — и это намного приблизит нас к Отцу бриллиантов.
— — У меня предчувствие, — сказал Лал Тааск, — что мы не будем в безопасности.
— — Доверься Акамену, — настаивал Том. — Он приведет тебя к спальне королевы, и тогда ты будешь знать, что делать.
— — Но почему не вы? — спросил Лал Тааск. — Ведь это вы так страстно желаете завладеть Отцом бриллиантов, а не я.
— — Я не смогу сделать этого потому, что у меня нет опыта обращения с кинжалом, — ответил Том, улыбаясь. — Успокойся. Ты что совсем потерял контроль над собой?
— — Я не хочу делать это, — сказал Лал Тааск.
— — Ты сделаешь, как тебе приказывают! — рявкнул Том. Глаза Лал Тааска опустились перед его господином.
— — Последний раз, — сказал он. — Обещайте, что это в последний раз.
— — Я обещаю, что после сегодняшней ночи я никогда ничего от тебя не потребую, — согласился Том. — Тише, сюда идут!
Дверь открылась, и вошел Акамен. Он был бледен и взволнован. Он вопросительно посмотрел на Лал Тааска. Последний кивнул.
— — Все понятно, — сказал Акамен. — Лал Тааск выполнит эту задачу. Очень хорошо. Я все приготовил. Королева в своих покоях. Перед дверью стражи нет. Все будет сделано за несколько минут. Подозрение падет на одного придворного. Королева сурово обошлась с ним, и всем известно, что он очень зол на нее. Пойдем, Лал Тааск!
Акамен повел его через коридор к спальне королевы. Без малейшего шума он открыл дверь, и когда Лал Тааск с кинжалом в руке стал подкрадываться к жертве, Акамен прижался к стене коридора, ожидая удара, который сделает его королем Эшера. Секунды казались часами, пока он ожидал момента, когда Лал Тааск подойдет к кровати королевы и нанесет удар.
Он уже почти там! Кинжал поднят. И вдруг в комнате послышалось какое-то движение, из укрытий выскочили воины и напали на несостоявшегося убийцу и его сообщника. Королева Атка сидела на кровати. На губах ее застыла горькая усмешка.
— — Позовите в комнату моих приближенных, — приказала она, — и возьмите этих двух и того человека, Тома. Когда в комнату Атан Тома вошел воин и приказал ему идти в тронный зал именем королевы, последний едва сдержал возбуждение, хотя и попытался изобразить удивление по поводу того, что королева хочет видеть его в такое позднее время.
— — Акамен, — сказала королева, когда все трое предстали перед ее троном, — ты подготовил заговор с этими чужеземцами, чтобы захватить мой трон и стать королем. Один из твоих сообщников, рассчитывая на мое расположение, поставил меня об этом в известность. По-моему, это еще более подло, чем то, что задумал ты, и он будет наказан так же, как и ты. Я приговариваю вас троих к клеткам во дворце Брулора — это большее наказание, чем мгновенная смерть. Чтобы ухудшить наказание, вы все будете наполовину голодными все время, и вас будут периодически подвергать пыткам во время каждого полнолуния. Сначала у каждого из вас выжгут по одному глазу, затем вы потеряете правые руки, потом левые, затем последуют ваши ноги по одной, и после этого, я думаю, мы сможем изобрести еще что-нибудь, чтобы продлить ваши мучения. — Она повернулась к одному из приближенных. — Уведите их!
Атан Том, Лал Тааск и Акамен в клетках, расположенных рядом, были теперь единственными заключенными дворца Отца бриллиантов. Лал Тааск и Акамен проклинали Атан Тома, но он, казалось, не замечал ничего, кроме ларца на алтаре.
— — Нижайший из низших! — ревел Акамен. — Ты предал нас. Если бы не ты, я был бы королем Эшера!
— — Вот Отец бриллиантов! — шептал Атан Том.
— — Собака! — кричал Тааск. — Годы я честно служил тебе, а теперь ты принес меня в жертву!
— — Здесь находится Отец бриллиантов, — гудел Том. — Из-за него я предал бы свою мать и даже Бога!
К ним подошел птом с извивающейся на трезубце рыбой.
— — Вот ваш обед, будьте вы прокляты! — крикнул он
— — Но она же не приготовлена! — воскликнул Атан Том. — Уберите ее!
— — Я уберу ее, — сказал птом. — Но вы останетесь голодными. Мы не жарим рыбу для таких, как вы.
— — Дайте мне рыбу! — завизжал Лал Тааск. — И пусть он голодает, но не очень долго, он должен выжить, чтобы я мог пронзить его своим кинжалом.
— — Нет, это я должен получить право убить его, — рычал Акамен. — Он не дал мне стать королем.
— — Вы оба дураки, — кричал Атан Том. — Ничего не имеет значения, кроме Отца бриллиантов. Помогите мне достать его, и я сделаю вас богатыми. Подумай, Тааск, что можно купить на него в столицах Европы! Я продал бы за него свою душу!
— — У тебя нет души, животное! — визжал Тааск. — Дай мне только до тебя добраться.
Тарзан и Тетан вошли с воином в камеру, где находились Грегори и Лавак, закованные в цепи.
— — Херат смилостивился над вами, — объяснил Тарзан, пока воин снимал с них цепи. — Вы получили свободу внутри города до моего возвращения из Эшера.
— — Зачем вы идете в Эшер? — спросил Грегори.
— — Я хочу разузнать, там ли ваша дочь и д'Арно, а также выведать, есть ли какая-нибудь возможность освободить их. Потом это дело, связанное с Брулором и Отцом бриллиантов. Чтобы все мы
