— Верно, — кивнул Эдди. Фолк посмотрел на меня.

— Вы были избиты?

— Самую малость, — храбро ответил я.

— У него было оружие, а у вас — нет. Зачем же ему понадобилось бить вас?

— Я думаю, Юдит Монтгомери была подругой Кука, — ответил я начистоту. — Видно, Блеру пришлось не по вкусу, что я сообщил ей о том, что именно он перерезал глотку ее дружку. До этого она даже не знала, что тот мертв.

— Это интересно. — На мгновение Фолк показался почти довольным. — И как она реагировала?

— Она истерически вопила до тех пор, пока Блер не вырубил ее. — Завидев ярость, мелькнувшую у него в глазах, я поспешно продолжил:

— Я только слышал это, так как он сначала вырубил меня, и я, по сути дела, не имел ни малейшего шанса видеть, что произошло.

— Интересно! — заметил Фолк снова. — Однако как вам удалось выйти на Юдит Монтгомери?

— У Кука в бумажнике была карточка члена Китайско-американского общества изящных искусств, — сказал я, — а она подвернулась мне уже там. А что из всего этого следует?

— Хотя бы то, что не я один оказался сбитым с толку после сегодняшнего вечера, — ответил Фолк почти весело. — Вот это ночка! Пожалуй, будет лучше, если мы займемся этой парочкой завтра утром, со свежими силами.

— Конечно, босс, — вежливо согласился Эдди. — Что мне делать с Бойдом?

— Оставь его на ночь с девушкой, — небрежно ответил Фолк. — Пусть помогут друг другу согласовать свои завтрашние действия.

Эдди подошел к креслу, в котором, свернувшись, сидела Лака Тонг, и велел ей подняться. Она даже не подала виду, что услышала его. Тогда он нетерпеливо схватил ее за руку и силой поднял на ноги.

— Шевелись! — рявкнул Эдди, отвешивая ей тычок. Лака сделала несколько неверных шагов, словно была пьяна, потом тело ее обмякло, и она рухнула на пол лицом вниз.

Я уставился на нее, не веря собственным глазам, когда заметил, что ее одеяние цвета слоновой кости разорвано до талии, открывая безобразные черные пятна, которые выделялись на ее золотистой коже. Я медленно поднял голову и взглянул на Фолка.

— Сколько сигарет вы использовали? — спросил я хрипло.

— Такая упрямая девка! — пробормотал он. — Я весь вымотался!

* * *

Эта часть подвала когда-то была превращена в квартиру садовника, пришел я к выводу, и именно туда Эдди и поместил нас на ночь. Она представляла собой обшарпанную комнатенку с двумя кроватями и древним бюро. Примыкающая ванная была размером с кладовку, раковина и унитаз занимали в ней почти все свободное место.

Пока я осторожно укладывал китаянку на кровать, Эдди наблюдал за мной с ехидной улыбочкой.

— Эх ты, Казанова! — сказал он с гнусным смешком. — Приятной вам ночки. Если попытаетесь выбраться, напрасно потратите время. Стены из прочного бетона, а окно было заделано наглухо еще пару лет назад!

— О'кей, — ответил я. — Можешь дать что-нибудь для девушки? Чистую ткань для перевязки или какую-нибудь обезболивающую мазь?

— Зачем? — Эдди выразительно пожал плотными плечами. — Утром начнется все по новой, и для вас обоих! Ты еще увидишь, Бойд. Я говорил тебе в машине, что попрошу у босса передать мне то, что от тебя останется, когда он с тобой закончит. Ладно, спокойной ночи! — Он снова хохотнул, потом вышел из комнаты и захлопнул за собой дверь. Я услыхал, как пару секунд спустя снаружи лязгнул тяжелый засов, и звук шагов Эдди быстро исчез в тишине.

Я сел на другую кровать и закурил. Голая лампочка свисала на проводе с потолка, наполняя крошечную каморку резким светом. Посмотрев на Лаку, я увидел, что ее сапфировые глаза внимательно следят за мной.

— Это моя вина, мистер Бойд, — сказала она прерывающимся голосом. — Я очень сожалею!

— Не стоит, — ответил я, — и называй меня просто Дэнни. Хотя не думаю, что мы настолько знакомы, и меня смущает то, что ночь мы проводим в одной комнате.

Девушка слабо улыбнулась.

— Думаю, что в некотором роде это даже забавно. Сначала я говорила Фолку правду, но он не верил. Все спрашивал меня о том, чего я никогда не делала. И страшно злился, когда я не могла ответить.

— Злился, боюсь, не то слово, — процедил я сквозь зубы. — Как твоя спина? Могу я чем-нибудь помочь?

— Болит, — ответила Лака, — но не так уж сильно. Спасибо, Дэнни, со мной все будет в порядке.

Она осторожно повернулась на живот, положила подбородок на сложенные руки и стала рассматривать меня безо всякого интереса.

— Я здорово поумнела за столь короткое время, — сказала она безучастно. — Сначала ты кричишь и сопротивляешься — но это все без пользы. Затем кричишь и теряешь сознание — и так лучше, потому что ему приходится ждать, пока ты опомнишься, прежде чем вновь причинить тебе боль. Тут до тебя доходит — пожалуй, стоит орать и делать вид, что падаешь в обморок, когда доходит до худшего. Поневоле становишься хитрой. — Она слегка улыбнулась. — Ты сидишь и пристально смотришь на стену, закатывая глаза и напрягаясь, чтобы не подпрыгнуть, когда горящая сигарета прикоснется к коже. Это надолго сбивает его с толку, так как он начинает всерьез беспокоиться, не утратила ли я рассудок — а это то, что ему вовсе не нужно. Когда его подручный пытается поставить тебя на ноги, падаешь снова, поэтому он приходит к мысли, что ты полностью обессилена, и до следующего дня с тобой заниматься бесполезно.

— Да, далеко не лучший способ набраться ума, малышка, — сказал я ласково.

— Поэтому я слышала все, что было сказано с того момента, как тебя привезли, — продолжила Лака. — Кстати, Фолк спросил: раз ты наотрез отказался от моего предложения, то почему оказался замешанным в это дело? По-моему, это очень уместный вопрос, Дэнни.

— Эдди позвонил позже и сказал мне, что договорился с тобой насчет убийства Кука; он посоветовал не совать нос в это дело, — объяснил я. — Я решил, для тебя будет лучше, если Кук останется жив, а мне пойдет на пользу предложить ему услуги в качестве телохранителя.

Она слушала внимательно, пока я рассказывал ей о своих приключениях с того момента, как Блер выдал себя за Джонатана Кука, и вплоть до того, как Эдди выволок меня из автомобиля Блера и доставил сюда.

— Это звучит как ужасный ночной кошмар, — произнесла Лака, недоверчиво покачав головой, когда я закончил. — Ты что-нибудь понимаешь, Дэнни?

— Нет, — пробурчал я. — Меньше всего понимаю, почему тебе взбрело в голову выбрать меня в качестве самой подходящей кандидатуры для убийства Кука, когда ты заявилась в Нью-Йорк?

— У меня был один хороший друг, который тоже считал, что мой отец невиновен, — ответила она глубокомысленно. — Когда я собиралась в Нью-Йорк, то не могла открыть ему истинной причины, поэтому объяснила, что все еще надеюсь получить некоторые доказательства того, что Кук подставил моего отца. Я сказала ему, что мне понадобится помощь, так как отдаю себе отчет, что полиция ничего не сможет сделать, пока я не раздобуду каких-либо доказательств. Единственный выход — нанять частного детектива, но он должен быть достаточно крутым и толковым, чтобы противостоять Куку.

— Как зовут твоего друга?

— Гарольд Ли, лейтенант Гарольд Ли из полиции Гонолулу.

— Ну точно! — вяло отозвался я. — Я помню его. Последний раз мы виделись в аэропорту Гонолулу, когда я возвращался на материк. “Буду рад новой встрече с вами, — сказал он., — вот только не на Гавайях”. Могу поспорить, он дал мне отличные рекомендации!

Лака хихикнула.

— Он сказал, что знает нужного человека, который сможет помочь мне. Это толковый и крутой

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату