Экскурсовод рассказывал о том, как Бонапарт жаждал боя, как мечтал разбить врага в решительном приграничном сражении, и как русские, уклоняясь от этого сражения, все отступали и отступали вглубь своей необъятной страны. Захват Москвы не стал для Наполеона праздником победы. Напрасно узурпатор ждал, что русские «бояре» преподнесут ему на золоченом блюде ключи от своей столицы. Среди дымящихся руин опустошенной Москвы Бонапарт расстался с мечтой о покорении мира. Отсюда, от Москвы, 19 октября 1812 г. началось отступление французов. Бескрайние просторы заснеженной России стали бесславной могилой великой армии Наполеона.
Выставка, посвященная Отечественной войне 1812 г., совершенно ясно вызывала одну мысль:
До «внезапного» нападения осталось только 37 дней. 15 мая 1941. Москва
В Кремль поступило очередное спецсообщение Голикова. Количество Германских войск, сосредоточенных на советских границах, с марта увеличилось на 49 дивизий, причем только за последние десять дней прибыло еще 12 дивизий! Общее количество вражеских войск теперь составляет 119 дивизий, и это, не считая армий Румынии и Венгрии!
До «внезапного» нападения осталось только 32 дня. 19 мая 1941. Москва
Было около 8 часов вечера, когда нарком обороны Тимошенко и начальник Генштаба Жуков прибыли в Кремль на доклад к Сталину.
В приемной вождя их уже ожидал полковник Василевский, который привез из Генштаба нужный им для доклада документ, носящий название «Соображения по плану стратегического развертывания Вооруженных сил Советского Союза на случай войны с Германией и ее союзниками».
В том, что должно было произойти в этот майский вечер в кабинете Сталина, не было ничего экстраординарного. С августа 1940 г. Сталину были уже доложены три таких концептуальных документа, сегодняшний должен был быть четвертым. Все они были представлены в виде записок и носили примерно одинаковое название — «Соображения по плану стратегического развертывания Вооруженных сил Советского Союза на Западе и Востоке». И только эта, последняя записка, датированная 15 мая 1941 г., носила название, в котором в качестве противника в будущей войне уже однозначно указывалась гитлеровская Германия. Несмотря на разные подписи составителей, стоящие под записками, форма всех четырех документов была одинакова и, видимо, установлена еще Борисом Шапошниковым в бытность его начальником Генштаба, и все они, по сути, являлись планами действия советских вооруженных сил в будущей войне. Каждый из четырех документов, разработкой которых всегда занимался один и тот же человек — ученик Шапошникова Василевский, — являлся продолжением предыдущего, уточненным в соответствии с изменившейся ситуацией. Подготовка первого варианта плана началась еще летом 1940 г. под руководством Шапошникова в те дни, когда разведка начала передавать в Москву первые «слухи», свидетельствующие о том, что Гитлер обратил свои взоры на Восток.
Подготовка военного плана — дело сложное и кропотливое, и даже в тех случаях, когда генштабисты достаточно квалифицированны и работа идет напряженно по 16—18 часов в сутки, такая подготовка может занять несколько месяцев. И основная проблема заключается в том, что за время этой работы ситуация на мировой арене может измениться, и план, после его завершения, потребует переработки.
Так, фактически, произошло и с планом Шапошникова, который был представлен Сталину в конце августа 1940 г., когда ситуация уже изменилась — Гитлер оккупировал Францию, а Сталин почти в то же самое время отодвинул свои границы на сотни километров на Запад.
План Шапошникова пришлось переработать, и в начале октября 1940 г. он был снова представлен Сталину уже за подписью сменившего Шапошникова генерала армии Мерецкова. Именно этот оперативный военный план «проигрывался» на крупномасштабных картах в процессе Большой военной игры в январе 1941 г. Результаты игры, как известно, не удовлетворили Сталина. После памятного разбора в Кремле
