Что пропорционально рекордам моимВырастают мои килограммы?Может, грубо сказал (так бывает со мной,Когда я чрезвычайно отчаюсь):'Я тебя как-нибудь обойду стороной,Но за мамину жизнь не ручаюсь'.И шныряют по рынку супруга и мать,И корзины в руках — словно гири…Ох, боюсь, что придется мне дни коротатьС самой сильною женщиной в мире.'Хорошо, — говорю, — прекращаю разбег,Начинаю сидеть на диете'.Но супруге приятно, что я — человекСамый сильный на нашей планете.Мне полтонны — не вес, я уже к семистамПодбираюсь и требую пищи,А она говорит: 'Что ты возишься там?!Через год, — говорит, — чтоб до тыщи!'Тут опять парадокс, план жены моей смел,Ультиматум поставлен мне твердый,Чтоб свой собственный вес поднимать я не смел,Но еще — чтобы бил я рекорды.И с мамашей они мне устроили пост,И моя худоба процветала,Штангу я в трех попытках ронял на помост.Проиграл я, но этого мало.Я с позором едва притащился домой,И жена из-за двери сказала,Что ей муторно жить с проигравшим со мной,И мамаша ее поддержала.Бил, но дверь не сломалась, сломалась семья.Я полночи стоял у порогаИ ушел. Да, тяжелая доля мояТяжелее, чем штанга — намного!
Песня о штангисте
Василию Алексееву
Как спорт — поднятье тяжестей не новоВ истории народов и держав:Вы помните, как некий грекдругогоПоднял и бросил, чуть попридержав?Как шею жертвы, круглый гриф сжимаю —Чего мне ждать: оваций или — свист?Я от земли Антея отрываю,Как первый древнегреческий штангист.Не отмечен грацией мустанга,Скован я, в движеньях не скор.Штанга, перегруженная штанга —Вечный мой соперник и партнер.Такую неподъемную громадуВрагу не пожелаю своему —Я подхожу к тяжелому снарядуС тяжелым чувством: вдруг не подниму?!Мы оба с ним как будто из металла,Но только он — действительно металл.А я так долго шел до пьедестала,Что вмятины в помосте протоптал.Не отмечен грацией мустанга,Скован я, в движеньях не скор.Штанга, перегруженная штанга —Вечный мой соперник и партнер.
