Душа его просила, и плоть его хотелаДо истины добраться, до цели и до дна, —Проверить состоянье таинственного тела,Узнать, что он такое: оно или она?Но былв великом опыте изъян —Забылфанатик начисто про кран.В погоне за открытьем он был слишком воспален,И миг настал, когда нажал на крантик Кокильон.И закричал безумный: 'Да это же коллоид!Не жидкость это, братцы, — коллоидальный газ!'Вот так, блеснув в науке, — как в небе астероид —Простой безвестный гений безвременно угас.И вот — в нирване газовой лежит,Народего открытьем дорожит.Но он не мертв, он усыплен, разбужен будет онЧерез века. Дремли пока, Жак-Поль де Кокильон!А мы, склонив колени, глядим благоговейно.Таких, как он, — немного четыре на мильон!Возьмем, к примеру, Бора и старика Эйнштейна,Раз-два, да и обчелся — четвертый Кокильон.
Марш футбольной команды «Медведей»
Когда лакаютСвятые свой нектар и шерри-брендиИ валятся на травку и под стол,Тогда играютНикем непобедимые «Медведи»В кровавый, дикий, подлинный футбол.В тиски медвежиеПопасть к нам — не резон,Но где же наши лапы нежныеДля наших милых девочек и жен.Нам выпадает картаОт травмы до инфаркта.Мы ожидаем фарта,Мы — ангелы азарта!Вперед, к победе!Соперники растоптаны и жалки, —Мы проучили, воспитали их.Но вот «Медведи»Приобретают свежие фиалкиИ навещают в госпитале их.Тиски медвежиеНе выдержит иной,Но, в общем, мы — ребята нежныеС пробитою, но светлой головой.Нам выпадает карта —От травмы до инфаркта.Мы ожидаем фарта,Мы — ангелы азарта!А нам забили, —Не унывают смелые «Медведи»,Они не знают на поле проблем.А на могилеВсе наши мэри, доротти и сэдиПотоком слез зальют футбольный шлем.В тиски медвежиеК нам попадет любой,А впрочем, мы — ребята нежныеС травмированной детскою душой.
