допускали и такое.

Покуда бывший старший лейтенант – ныне капитан – Панин осматривался, стремясь визуально увидеть разницу физических законов, убедиться, что не обманут многонациональной ученой братией, дабы изучить реакцию русского офицера на стресс-новинку, мир вокруг него шелестел желтизной осени, блестел ручейком, голубел небом, белел облаками, слепил ближайшей звездой и нависал обрезанным по краю безжизненным планетарным спутником – словом, притворялся Землей на всю катушку.

Может быть, тут и люди водились, то есть псевдолюди? Еще как водились. Вон, полетел серебристый, белый след оставляющий псевдореактивный, даже звук издал, как водится. А значит, местные аборигены создали технологически развитую псевдоцивилизацию для производства этих самых псевдолайнеров и заодно прочих целей. И будем, господин офицер Панин, исходить из того, что местная псевдоистория долго-долго следовала с нашей родной рука об руку, и только не слишком давно разошлись те пути-дорожки в разные стороны. А значит, где-то здесь поблизости находится псевдогород, псевдо-Москва, Москва за номером «два». И надо нам сейчас осмотреться и двигаться в привычном направлении, исхоженном в истинном мире несколько раз и ночью, и днем, и в дожде- грязевую слякоть. Потому как нет ученым людям охоты бывшего старшего лейтенанта Панина назад в мир-перевертыш поворачивать, знают они точно, что вернуть его возможно – делали уже таковые штуки с другими военными, правда, англоязычными, но физиология оных от Панина скорее всего не сильно отличается, раз не надо делать срочного возвращения на родину.

А потому – ноги в руки, только сверим часы, подзаведем пружинку, старую механическую из музея. «Ориент» какой-нибудь или швейцарские, конечно, надежнее, но не знаем мы покуда, какие здесь часики в моде, а старинные, словно от дедушек-прадедушек доставшиеся, до развилки роковой выпущенные, в самый раз.

А еще, запомним место, хорошо запомним, потому как только с этого места мы когда-нибудь стартуем обратно, в Подмосковье нашего мира.

8. Взгляд геополитика

– Господин Эпштейн, вы у нас самый известный геополитик из тех, кто введен в курс Проблемы, осведомлен с материалами операции «Несуразица» и с ходом произошедших в Тихом океана военных столкновений, – произнес старший советник президента США.

– Господин Саржевский, вы явно преуменьшаете мою уникальность, – возразил Эпштейн, вытирая вечно потеющие руки о собственные брюки, – я не просто самый известный из допущенных – я вообще единственный, правда, в чем тут моя заслуга, я не очень представляю.

– Не скромничайте, господин Эпштейн. Вас знает почти весь мир.

– Вы снова мне льстите, и вы и я понимаем, что девяти десятых населения этой милой планеты наплевать не только на меня, но даже на проблемы, по которым я когда-то защищал ученые степени, а девяноста девяти, с девяткой в периоде, процентам до лампочки я лично.

– Вы очень критичны к самому себе, – отработанно улыбнулся Саржевский. – Ваше лицо неоднократно появлялось на экранах телевизоров.

– Ну, это совсем ни о чем не говорит, вы тоже там иногда мелькаете, а уж догнать какую-нибудь рок-звезду ни мне, ни вам вообще никогда не удастся. И кстати, слава богу, там демонстрировалось только лицо, а не вся моя туша. – Ник Эпштейн фигурой напоминал парящий на малой высоте воздушный шар. – Ладно, господин советник, о чем вы и остальные присутствующие господа желали переговорить? – В комнате, кроме Саржевского, находились еще несколько чиновников из различных ведомств. Некоторые из них были поставлены в известность о Проблеме не для того, чтобы ее разрешить, а просто из-за того, что обойти их в получении информации было невозможно. Были, разумеется, и военные, но они маскировались в гражданских костюмах.

– Вы правы, господин Эпштейн. Все мы люди занятые, и нам некогда тратить время на пустопорожние разговоры. Так что перейдем к делу. Мы хотели бы услышать ваше авторитетное мнение по поводу Мира-2. Можете учесть, что все, – Луи Саржевский обвел взглядом помещение, – в курсе, что ваше мнение будет в основном состоять из допущений.

– Правильное замечание. Однако я вынужден расширить его еще более. Первое, господа, и самое главное: мы, в смысле наука, геополитика или кто угодно еще, ничего конкретно не знаем. Никто в Мире-2, собственно говоря, не бывал. Начаты уникальнейшие практические эксперименты – результатов еще нет. Испытательные переправы первых «пилотов» туда и обратно в расчет брать нельзя, они не вступали ни в какую связь с окружающей их новой действительностью. Тем не менее мы можем кое-что предположить с определенной долей уверенности. Мир номер «два» существует и не слишком сильно отличается от нашего. – Ник Эпштейн сделал эффектную паузу.

– То есть? – выразил удивление кто-то из чиновников.

– Там есть кислород, он пригоден для жизни и т. д. Любая из планет Солнечной системы настроена к человеку в тысячу раз враждебнее. – Эпштейн хохотнул – некоторые из присутствующих переглянулись. – Но речь, конечно, не об этом, не о его биологической пригодности и не о том, кто его населяет – знаем, что люди. И вопрос, волнующий и вас и меня, в том, при какой социальной структуре живут эти самые люди и, более того, чем нам грозит общение с этими самыми структурами. Из того, что происходило здесь, в нашем мире, при вторжении чужого флота, можно заключить, что там не очень спокойно и не слишком весело. Конечно, до сих пор нельзя с точностью установить, было ли это самое вторжение преднамеренным или же произошло случайно для обеих сторон. Тем не менее, скорее всего, и желательней, между прочим, что соприкосновение вселенных было неожиданностью не только для нас с вами. Из этого постулата и будем исходить, так как в другом случае нам придется предположить, что Мир-2 чудовищно превосходит нас в технологии, сейчас мы уже в курсе, какие мощности требуются для переноса между мирами даже небольших объектов, а что говорить об авианосцах или атомных лодках? Подтверждением постулата является то, что явившиеся к нам корабли имели сходный технологический уровень, исключая некоторые загибы, находящиеся тем не менее в пределах допуска возможностей теперешнего уровня развития цивилизации. Можно, конечно, нагородить кучу допущений о том, что нас специально обманывали, посылая в битву старье, но это звучит чрезмерно надуманно и нелогично. Ведь мы ранее абсолютно ничего не знали о Мире-2, и, вводя нас таковым образом в обман, он грубо выдал сам факт своего существования. Теперь вот что. Исходя из воинственности пришельцев, скорее всего на той Земле не все в порядке и, наверное, давно. Конечно, снова допустимо, что мы случайно столкнулись с некоей кратковременной фазой обострения там военно-политической ситуации, но все же здесь нам следует исходить из худшего варианта: геополитическая обстановка в Мире-2 такова, что наш неспокойный двадцать первый век может показаться им тихим девятнадцатым.

И вот что нас с вами волнует еще. – Ник Эпштейн почесал массивный картофелеобразный нос. – Как в том мире могла возникнуть столь непохожая на теперешнюю нашу военно-политическая ситуация. Ведь в нашем мире Россия как-то не слишком претендует на острова Фиджи или вообще на что-то в той далекой акватории, правда. – Слушатели согласно закивали, наконец-то дискуссия докатилась до интересующей их темы. – Но ведь там мы имеем дело не с отдельно взятой Россией, а все-таки с Советским Союзом. А это не одно и то же, согласитесь? Как он там сохранился по сию пору? – Эпштейн пожал плечами и пощупал двойной подбородок. – Скорее всего на ситуацию там повлияли какие-то сугубо специфические исторические условия, неизвестные нам факторы. Установить их нам покуда не дано. Но в целом ничего особо чудесного в произошедшем там нет.

– Подождите, – поднял руку Саржевский. – А как же кризис и крах коммунистического блока?

– Кризис, возможно, был и даже наверняка случился, но вот там, в силу неясных нам факторов, он был успешно преодолен.

– А как же несостоятельность социализма вообще?

– Какая несостоятельность, господа?

– Ясно какая. Вы что, не помните? Строй, возникший в СССР, есть перенесенный из прошлого в двадцатый век рабовладельческий?

– Не надо, пожалуйста, повторять тут всякие идеологические клише. Общество управлялось сверху, ну и что здесь такого? Управлялось жестоко, ничего не возразишь, однако, если принять во внимание уникальные условия изначально враждебного окружения, отсталость и так далее… Впрочем, об этом не стоит долго. Возникший в восьмидесятых годах прошлого века кризис был специфическим кризисом коммунизма. Отметая мелочи, это – кризис системы управления. Ее следовало усовершенствовать, а не пытаться ввести вместо нее некую саморегуляцию. Что из этого получилось, знают все. Полный развал. (То, что он на руку нашей собственной стране, к делу не относится.) Саморегуляция, то есть, по существу, не ограниченное ничем господство свободного рынка, была, возможно, где-нибудь в уже упомянутом девятнадцатом, но никак не сотней лет позже. Общество слишком усложнилось, хотите не хотите, а оно вынуждено иметь институты, управляющие им. Страны Свободного мира давно уже потихоньку внедряют внутри себя относительно жесткий тоталитарный контроль, просто они об этом не шумят. Строй Советского Союза был по сравнению с окружающим миром огромным шагом вперед – в плане возможности управляемого прогресса, понятное дело, а не в соблюдении элементарных прав личности. Именно поэтому он сумел долгие годы держать темпы экономического роста, невиданные в истории нигде и никогда. Это было достигнуто с помощью нового вида надгосударственной структуры, тайно и явно сконцентрировавшей в своих руках все рычаги управления. Структура эта, как мы знаем, называлась КПСС. Конечно, это была вовсе не партия, мы с вами об этом ведаем, это был аппарат, необходимый для тотального управления. Партией он назывался только для маскировки. Далее, в развитие темы. Мы знаем, что в именуемые Застоем годы СССР – даже у нас, в этом мире – сумел сравниться с самой сильной державой планеты по многим показателям. Да, он безусловно отставал. Он был изначально слабее и поэтому, в конце концов, лопнул от невыносимой нагрузки. Мы, страны Свободного мира, его победили и положили на лопатки, а дабы он более никогда не поднялся, внушили побежденному, что он был неизлечимо и смертельно болен. А в параллельном нам мире – повторяюсь – в силу неисследованных причин проистекли известные следствия. Советский Союз сумел преодолеть внутренний кризис управленческой системы, перестроить ее с учетом научно-технической революции. Возможно, имел место некоторый спад, а возможно, и не имел, просто случилась небольшая задержка темпов развития, а затем, перестроившись, он быстро взял реванш над Западом, находящимся в принципиально невыгодных, с точки зрения перспективы, условиях. Скорее – вынужден снова подчеркнуть – в силу каких-то не случившихся у нас исторических реалий СССР там обладал некой форой. Она решила дело. (Кстати, узнать, где и как была получена данная фора, нам очень даже желательно и не только из пустого любопытства.) Когда Запад из наступательной позиции был вынужден уйти в оборону, Союз перешел в наступление. По тому, как нагло вели себя его корабли в нашем мире, думаю, в настоящее время всеми козырями в тамошней геополитике обладает именно Союз. Скорее всего, Соединенные Штаты, и вообще весь Запад, загнаны в угол.

– Однако все же, – дополнил Луи Саржевский, – он еще огрызается. Ведь в случае «лапок кверху» военные действия бы вообще не требовались.

– Все может быть, в отношении причин и следствий произошедшего там у нас огромный запас допусков. Не нужно забывать об оговоренных вначале условиях – все наши умозаключения касательно того мира абсолютно прикидочны, просто попытка объяснения отдельных попавших в наше поле видения фактов.

– И что же теперь?

– Продолжаем действовать по плану. В случае неясности обстановки первая скрипка принадлежит разведке. В нашем случае разведкой является наука. Возможно, усилия не пропадут зазря и это сдвинет ножницы допусков еще чуть-чуть. За последние дни дело пошло вперед – в Мире-2 находится разведчик. Если ему повезет…

– А вы лично, господин Эпштейн, возлагаете на агентурную разведку туда большие надежды? – внезапно задал вопрос один из присутствующих.

Геополитик потискал подбородок:

– Не хочется вас всех разочаровывать своим предвзятым мнением.

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×