годы учебы Александр Нарышкин не только освоил теорию, ознакомился с оснасткой различных типов кораблей, но и служил на голландских военных кораблях, постигая тонкости мореходного дела на практике. Ходил он и в длительные морские путешествия, плавал в Испанию и по Средиземному морю до Сицилии.
До 1721 года Александр Львович находился за границей, но не терял связи с отечеством. Живя во Франции и Италии, он выполнял различные поручения царя Петра I, а об особом царском доверии к нему говорит хотя бы тот факт, что именно Александру Нарышкину государь хотел поручить ведение переговоров с Испанией по образованию политического союза против Швеции в годы Северной войны, но мирные переговоры сделали это посольство излишним.
По возвращении в Россию в феврале 1721 года Александр Львович сразу же получил назначение на службу в Адмиралтейство. Он находился в непосредственном подчинении государю и ведал делами по экипажам кораблей. В мае он был произведен в поручики, а в октябре стал уже капитаном 3-го ранга.
Петр I высоко ценил способности Нарышкина. Через год после его возвращения на родину, в январе 1722 года, Александр Львович становится директором Петербургской морской академии, а также «московской и других школ, обретающихся в губерниях».
После кончины Петра I императрица Екатерина в мае 1725 года назначает Александра Нарышкина президентом Штатс-конторы, а после ее подчинения Камер-коллегии он становится президентом последней. Одновременно Нарышкин занимал пост директора Артиллерийской конторы.
Во время последней болезни императрицы Екатерины был составлен заговор с целью отстранения от престола Петра Алексеевича (будущего императора Петра II) и препятствия браку царевича с дочерью князя А.Д. Меншикова. Заговор был раскрыт – Александр Львович Нарышкин попал в число заговорщиков. Вместе с другими представителями родовитого дворянства он был предан суду и за «государственные провинности» сослан в одну из деревень с предписанием жить там безвыездно. Прошло немного времени, и вот уже сам Меншиков подвергся опале и был сослан. Нарышкину дозволено было вернуться в столицу, но ненадолго.
Александр Львович не пытался скрывать своего резкого отношения к Петру II и его окружению. Это не понравилось ни самому молодому императору, ни князьям Долгоруковым, бывшими в то время самыми влиятельными при дворе Петра II. Результат – новая опала. Теперь Нарышкин отправлен в деревню Щацкую Тамбовской губернии, где и пребывал до воцарения Анны Иоанновны.
С ее восшествием на престол опале подверглись князья Долгорукие, а Александр Львович Нарышкин снова обрел влияние при дворе. Императрица назначает его сначала президентом Коммерц- коллегии, затем включает в число сенаторов и в дальнейшем поручает руководить Дворцовой строительной канцелярией также в качестве ее президента. Кроме этого Нарышкин был еще и директором Императорских строений и садов.
Он не был забыт ни при Анне Леопольдовне, ни в годы правления Елизаветы Петровны. Заняв престол, Елизавета назначила Нарышкина членом следственной комиссии над Минихом, Остерманом, Головкиным и другими. Она наградила Александра Львовича орденом Св. Андрея Первозванного и всегда относилась к нему с большим уважением.
Скончался Александр Львович Нарышкин 25 января 1746 года на 52 году жизни. Иностранцы, посещавшие Россию и знавшие Нарышкина, всегда отмечали его сильный характер и твердость убеждений. Несмотря на то что он никогда не играл значительной роли как государственный деятель, он часто назывался современниками выдающимся человеком.
МОРИЦ САКСОНСКИЙ (ЭРМАНН-МОРИЦ ДЕ САКС)
(1696—1750)
Среди представителей титулованной знати значительное место занимают незаконнорожденные дети коронованных особ и владетельных вельмож. Сотни тех, кто родился вне брака, вместе со своими кровными или единоутробными братьями и сестрами творили историю начиная с глубокой древности как на Западе, так и на Востоке. Вспомним хотя бы Вильгельма I Завоевателя, внебрачного сына герцога Нормандского Роберта Дьявола, а в российской истории таким примером может служить великий киевский князь Владимир Красное Солнышко – сын князя Святослава и ключницы Малуши.
В русском языке внебрачный ребенок титулованной особы называется «бастард», что звучит вполне прилично и не несет ругательного оттенка, хотя в иностранных языках (английском или испанском) это слово звучит как бранное, сродни русскому «ублюдок». Кстати сказать, оба этих слова служат для обозначения одного и того же понятия.
Но не будем вдаваться в тонкости языка, вернемся к истории. Династические браки были одним из средств и методов государственной политики. По всему миру ездили послы по особым поручениям в поисках «выгодных» жениха или невесты. И крайне редко между супругами в дальнейшем возникало чувство любви. Да и не чувствами руководствовались при заключении брачных контрактов. Поэтому появление бастардов, многие из которых были плодом истинной любви – явление закономерное. Бастарды часто играли в жизни общества не менее значительную роль, чем дети, родившиеся в законном браке. Судьбы внебрачных детей складывались очень различно. Одни становились родоначальниками новой династии, другие достигали высших государственных должностей и даже престола; их выдавали замуж (или женили) за коронованных особ. Некоторые сами вели борьбу за власть с братьями и сестрами, рожденными в законном браке, или становились пешками в чужой игре, что нередко приводило к тюрьме или плахе. В истории немало примеров, когда бастарды выбирали военную карьеру и были прекрасными полководцами. Одним из таких военачальников был маршал Франции граф Мориц Саксонский.
Мориц был сыном Фридриха Августа II, внуком курфюрста Саксонского Иоанна Георга III и датской принцессы Анны Софии. Его отец, наделенный от рождения необычайной силой, с детства совершенствовал ее физическими упражнениями и получил за это прозвание «Сильный». После смерти старшего брата Август унаследовал курфюрство Саксонское, а в 1697 году стал польским королем. Фридрих Август много путешествовал по Европе, заводил выгодные знакомства, воевал, правда не всегда удачно. Заключив договор с российским царем Петром I против шведского короля Карла XII, войска Августа вскоре были разгромлены шведами, а сам он лишился польской короны. Но затем ему удалось вернуть корону Польши (не без помощи русского монарха). Королевский двор Августа поражал великолепием, а сам король не отказывал себе в многочисленных фаворитках и был «многодетным» отцом. От связи с графиней Авророй Кенигсмарк и появился на свет Эрманн-Мориц.
Серьезного начального образования Мориц не получил, а король-отец сразу определил для мальчика военную карьеру. Когда Морицу исполнилось 12 лет, Август зачислил его в один из своих пехотных полков, и в чине унтер-офицера Мориц начал военную службу. Его первым военным делом стал поход во Фландрию. Морицу повезло с учителями военных наук, так как ему довелось служить под началом таких знаменитых полководцев того времени, как Евгений Савойский и герцог Мальборо. Зиму 1709 года он провел в учебных занятиях с генералом Шуленбургом, после которых в следующем году блестяще проявил себя при осадах нескольких крепостей.
В 1711 году Мориц, получивший титул графа Саксонского, сопровождал отца в походе против шведов, а два года спустя он был произведен в полковники и назначен командиром кирасирского полка, с которым принял участие в военных действиях, предпринятых с целью возвращения польской короны своему отцу – курфюрсту Саксонскому. Несмотря на юный возраст, граф Саксонский прославился необычайной храбростью и отвагой. Вот один пример. Зимой 1716 года в селе Краснецы он неожиданно был застигнут врасплох большим неприятельским отрядом. Мориц с пятью офицерами и двенадцатью человеками прислуги в течение пяти часов отстреливался от наседавших врагов, а ночью, неожиданно
