4. Деловой визит.
Господин Шерман не бросал денег зря на ветер. Никаких там общих попоек и свального греха за фирменный счет. Однако на свою штаб-квартиру, на головную фирму 'Шерман-Слобода' он потратился. Ведь такие вещи имеют свою цену в мире финансовых акул и китов большого бизнеса.
Стеклянно-стальная призма была своего рода колпаком для внутреннего строения, исполненному словно из мятой серебристой фольги. Именовалось это дюссельдорфским стилем. И проходная уже была не той деревянной будкой, прижатой к дверям, как это водилось на Руси, а скорее напоминала кафедру католического епископа, на которой возвышалось только далекое призменное небо.
– Вы – Шрагин?– спросила элегантная привратница, неподалеку от которой располагался вооруженный вохровец. Нет, уже не вохровец, а офицер внутренней Службы Безопасности.
Сереже хотелось сказать, что он кто-то другой, еще неведомый избранник, но пришлось согласиться с милой женщиной. Дама просканировала его взглядом и ее лицо отразило непонимание – как можно в мир деловых костюмов явиться в таком противном виде.
– Да не принимайте мой вид всерьез. Я – эксперт из 'Мелкософта', у нас в ходу розыгрыши и похлеще.
Ключик подошел – компьютерные эксперты всем известны как завзятые чудаки, могут вдруг запеть фальцетом или снять носки – и дама распахнулась как дверь.
– Ой, как интересно. А в следующий раз вы как оденетесь?
– Как тот парень, который самый первый на Земле появился. И которому один змий заказал взломать сервер под названием 'древо познания'.
Дама да и вохровец проводили его умильными взорами, но прежде выдали пропуск, не бумажку с каракулями, а смарт-карту с микрочипом. В полупостоянной памяти чипа записано, какими лифтами можешь пользоваться и на каких этажах можно выходить. Суешь карточку в прорезь считывателя и называешь номер этажа – лифт все остальное сделает сам. Если точнее, сегодня разрешено выйти только на этаже, где находится отдел сетевых разработок, где строгий Денис Петрович Протасов начальником. А если сделать финт ушами? Только бы не подвел карточный сканер, висящий у него на груди...
Пошастал Шрагин по зданию и в каком-то незапертом и пустом кабинете нашел то, что нужно. Пиджак. Некто сильно расслабился и потерял бдительность, уверовав во всемогущество технических систем. Что поделаешь, друг, пиджак у нас получается один на двоих и сейчас он мне нужнее, пусть даже рукава длинноваты. И вообще сидит пиджачок как на чучеле огородном. Пот по спине, по жилам растекается адреналин – первый раз в жизни он взял чужое. Но сейчас у его телесной оболочки было разрешение делать плохое...
Сетевой отдел встретил Шрагина колючими взглядами, они легко проходили сквозь стекло переборок, рассекающих огромный зал на множество рабочих клетушек. Переборочки были низенькими, а потолок высоченным, льющим золотистый свет, подобно иконописным небесам. По виду это напоминало улей, по характеру излучения из глаз – гамма-лучи. Лучи хорошо считывались и выдавали сокровенные мысли сидящих в отделе: 'Ты же псих, парень...'
Шрагину так хотелось немедленно выйти, исчезнуть отсюда, но он сосредоточился и ответил им мысленно 'Я не псих, я просто не такой как все.' И тогда на месте сотрудников отдела Шрагин увидел просто набор узкофункциональных элементов, вписанных в клеточки рабочего пространства. Насекомые какие-то. Их мнение его больше не интересует.
– Ага, очередное стихийное бедствие.– сказал господин Протасов, 'смотря спиной', потом высокое кресло обернулось, но начальника в нем уже не было...
Начальник уже стоял у Шрагина за спиной – судя по быстрым, почти невидимым движениям, типичный тиранозавр в галстуке.
'Этот ящер далеко пойдет.-подумал Шрагин.– Может, даже и на освободившееся место Шермана.'
– Товарищ... извините, забыл и ваше имя, и фамилию, и отчество, и род деятельности, уточните, пожалуйста, что вы тут хотите.– голос Протасова был негромким, но холодным, противным, с шипящими тонами.
– Хочу с вами обмениваться сигналами при помощи радиотелескопа – мы же братья по разуму.
Денис Петрович зевнул, показывая полное пренебрежение к шуткам Шрагина.
– Давайте по существу, уважаемый.
Шрагин выдал небольшую заготовку – насчет того, что его отдел тоже переходит на систему электронных платежей, а у великого и ужасного Дениса Петровича по этой теме все схвачено, в том числе и банковские счета клиентов. Так что наши транзакции пойдут через вашу систему аутентификации и верификации с помощью 'объектного посредника'. А чтобы 'посредник' не заглючил, неплохо бы и с вашими сетевыми компонентами разобраться: какие там интерфейсы, сервисы, имена, адреса и тому подобное барахло...
Сережа понял, что переборщил, зайдя куда дальше пожеланий самого себя в образе Вали Полубянского, и остановился в смущении. Вдруг как начнет сейчас Денис Петрович названивать реальному Валентину Андреевичу, требуя уточнений. И как будто даже потянулся отдельский тиран к черному телефончику, больше напоминающему дорогую зажигалку, но ограничился кратким распоряжением ближайшему подчиненному:
– Дайте этому... посмотреть. Но только то, чем мы уже сами не пользуемся.
И перестал обращать какое-либо внимание на посетителя. Все-таки тиранозавр – крупный хищник и непрестижно ему на мелочь пузатую свое время расходовать, так что копошись пока и не морочь мне задницу.
А ведь три года назад, будучи еще зеленым эмбрионом в цифровом мире, списывал Денис Протасов без зазрения своей совести программы у Сергея Сергеевича.
У Шрагина было много учеников, которые забыли о времени ученичества. Он был компьютерным профи, когда многие из них, фигурально выражаясь, еще ссали в штаны...
Четыре года назад он ушел из команды Сарьяна и опять представлял собой абсолютную развалину.
Сарьян, хоть и обиделся, но устроил его напоследок в немецкую фирму. Однако не срослось. Шрагин угодил там в двойной вакуум высокой плотности. Немцы оказались жлобами, по сравнению с которыми жители Воронежа и Красноперекопска выглядели тонкими чуткими людьми. Каждый немец внушал герру
Шрагину, что такое Disziplin и Ordnung , 2а затем шел отдыхать и его сменял другой немец.
Работа на отечественную 'Малину Софт' кончилась побитым глазом и финансовым кризисом. Это не господину Шрагину должны были заплатить причитающуюся зарплату, а напротив Серега Шрагин остался сильно должен пахану. Есть от чего шизануться.
Второй срок в психушке, теперь уже на Пряжке – три месяца. В историю болезни занесена помимо маниакально-депрессивного психоза еще и какая-то форма шизофрении.
После возвращения Шрагин обнаружил в своей квартире новый объект с неизвестными еще свойствами – Зинаиду Васильевну, которую город прописал на пустующей жилплощади.
Казавшаяся милой женщина сказала, что за ним приходили бандиты из какой-то 'софтовой малины', но она их отвадила. Зинаида первый и последний раз пошутила, посгибав крепкий указательный палец на воображаемом спусковом крючке. Может, и в самом деле отвадила, по-крайней мере люди с прежней работы ему больше не попадались.
Ну, а бывший карапуз Андрюшка взял Шрагина к себе в фирму. Сергей натаскивал молодых программистов, валом валивших в растущую как сыроежка после дождя 'Шерман-Слободу'. Его уважали как классика, в нем видели заместителя вождя по компьютерным вопросам. Но через год активной
