брать будем, ковбой?
Шрагин поспешно вышел за дверь, подальше от трескучего приказчика.
Стоп, а какую игру обсуждал парень Саша со своим приятелем по электронной почте? Именно 'Барбареллу'. Вот почему она в память запала.
Но Саша и приятель обсуждали 'Барбареллу' еще до похищения Ани!
За день, за два, за три дня до того.
Причем именно в топографического стиле. 'Куда надо идти Барбарелле после того как она растворила марсианского полководца в своем квази-влагалище, на вращающиеся гелиевые болота или на мономолекулярную гору?– Нет, к жидкокристаллическому пруду с ботающей по фене медузой. Та подарит ей всепрожигающий лазерный сосок.'
Нет, тьфу, наваждение. Это не может быть обсуждением похищения, не может, брат же, брат, хотя и сводный. Разве я свою сестренку сдал бы куда-нибудь, будь она даже стерва... А может и сдал бы, если бы я был бы такой же противный как она. Только мама по счастью не родила мне сестренку. Поэт Кривоходько больше на стихи и пьянку налегал...
Значит, 'Барбарелла' у Саши уже имелась. Однако это не исключает того, что в день похищения молодой господин Шерман послал свою сводную сестру в книжный магазинчик, скажем, за дэйта- перчатками – с ними игра куда круче.
В какой-то растерянности Шрагин прошел еще десять метров за тот самый водосток и заметил небольшой дворик, полуколодец, зажатый тремя домами. Два измученных жизнью дерева, две сильно пострадавшие скамейки, на одной из них старичок. Старичку-то , считай, пол-улицы видно. И судя по позе, на этой скамейке он не случайно, и не временно, у него с ней симбиоз. Подойти что ли, пообщаться?
Старичок не дал деру, хотя и притворился слепоглухонемым. Впрочем, зеленая бумажка с портретом генерала Гранта, которая призывно запорхала в руке у Шрагина, отверзла глаза и уста старого большевика. Черт, это ж здорово, что все старые большевики также свято верят во всемогущество доллара, как и в нетленность вождя.
– Товарищ полковник, вы тут ничего такого не видели?
Обращение, было заметно, старичку понравилось.
– Да я в этом доме с сорок пятого года, чего я только не видел.
– А конкретно две недели назад?
– А мне что две, что сорок две недели назад, никакой положительной разницы. Для меня все недели как одна.
Похоже, со стариком пролет. Непрошибаемый боец, специально склепанный для партизанских действий в тылу врага. Пора дальше.
И вдруг старик его окликнул.
– Ты про девочку что ли?
Шрагин быстрым шагом вернулся назад и вложил старику в кирпичного цвета руку сильно девальвированное зеленое 'спасибо'.
– Менты про нее тоже спрашивали, но я ничего не сказал. Чего ради, мне какой интерес? Когда-то у меня интереса своего не имелось и был я боец отдельного коммунистического истребительного батальона. Истребял совершенно бесплатно. А теперь мне плата потребна, потому что для долгой жизни нужно кушать мед, а он нынче дорог... Запихивали девчонку двое. Так она вырвалась, но за ней еще третий побежал. В темных очках таких. Раз и слямзили девку.
– А машина какая?
– Машина большая, но не грузовик, фургон, а впереди вроде звездочки такой. Только не наша пятиконечная, и не еврейская, а трехконечная. А сзади были буковки. 'Шмарт', 'Смант', как-то так.
– Неужели вы с такого расстояния разглядели, в ваши-то годы?
– А у меня это есть для подсматривания.– Старик вынул из кармана старинный бинокль с приклеившимся к нему хлебными крошками.– Трофейный. Карл Цейсс. А что немцы до сих пор хорошую оптику делают?
– Не самую лучшую, но неплохую.
Со старичком можно было попрощаться. У немцев, помимо оптики, автомобили еще ничего, вроде этого фургона Мерседес 'Смарт', в котором увезли Аню. Да только где его искать? Машина неплохая, но далеко не самая редкая. Мед нынче дорог, Мерседес не очень.
А если сходить в налоговую инспекцию, попробовать разведать, кто такими тачками владеет. Или пораспрашивать работяг на бензоколонках, не попадался ли Мерседес 'Смарт' вместе с этим типом в очках. А ведь точно у него глаз не в порядке. Это 'за бугром' к месту и не к месту дамы и господа надевают темные очки. А у нас в пасмурную погоду это делают только, чтобы скрыть глаз или 'незабудки' под глазом.
Итак, частному детективу нужны время и деньги, плюс собственная машина, чтобы отследить то, что можно отследить. Иначе он никуда не успеет, везде получит от ворот-поворот, а то и непосредственно в морду. Или еще раз общнуться с Ритой? Ну, не такая же она дура, чтобы любые протянутые руки помощи на корню отсекать. Ему нужна ее помощь. Прямо, смешно даже. Он нуждается в ее помощи, потому что хочет ей помочь.
7.
Шрагин долго формулировал и репетировал фразу, прежде чем нажать на кнопку интеркома.
– Я не псих, Рита. Ну, не более псих, чем средний гражданин. И, как мне кажется, я могу помочь. У вас не слишком-то много вариантов, чтобы мной пренебрегать. Почему я хочу помочь. Потому что Андрей когда-то взял меня на работу, когда я был не в форме, и даже не уволил после одной болезни нехорошей. Но сегодня я вполне здоров, я в норме. И мне уже удалось распутать пару ниточек. Пожалуйста, поговорите со мной.
Интерком напряженно гудел, выдавая сражение разных чувств, происходившее сейчас в Рите.
Сражение закончилось победой каких-то надежд.
– Ну, хорошо, сейчас спущусь.
Она встала около дверей парадной со скрещенными руками, с потемневшим лицом. Ему даже показалось, что он как-то святотатственно пытается вторгнуться в чужое горе и порезвиться там. Внутри все сжалось, оцепенело и Шрагин немалым усилием заставил себя рассказать о том, что удалось выяснить за день. Единственно, что он решил опустить, это свои подозрения насчет того, что мальчик-засранчик Саша в закамуфлированной форме обсуждал с кем-то план похищения сестры. На данном этапе общения с Ритой это было бы явным перебором...
– ...Немного я накопал, конечно. Но тут же есть над чем поработать. Этот мерседесовский фургон, человек с поврежденным глазом, подозрительные стегано-шифровки, которые посылала госпожа Каширская, и ее контакты с этим самым Энгельманном, которые вряд ли бы пришлись по вкусу вашему мужу. И мне, само собой, очень неприятно об этом говорить, но неспроста Виктория вовлекла вашего сынулю в свою наркологию. Я никоим образом не пытаюсь замарать Сашу, но он невольно мог стать пешкой в чужой игре. Салажонок же еще. У меня вон тоже герой вырос, так мамаша его на меня науськала – хочет теперь мне пару зубов высадить.
Неизвестно было, слушает ли его Рита. А если и слушает, то понимает ли? Или она думает о том, что очередной очернитель пытается вбить клин между ней и сыном, единственным близким человеком, который остался рядом с ней.
Неожиданно Рита вынула из кармана мобильник. Вот черт, сейчас как кликнет милицию. Пропал. Пока она набирала номер, внутренности сползали сверху вниз как помои.
Нет, госпожа Шерман звонила в налоговую инспекцию.
– Записывайте номера и владельцев Мерседесов 'Смарт',– голос ее вдруг стал собранным и почти нормальным по тону. Шрагин прилежно записал четыре номера.
– Только одна из машин числится числится за физическим лицом. А вот фирма, которую вы
