компания. В прошлом году ты его встретить никак не могла. Летом его не было, мы познакомились только этой весной, в мае.

– Да, наверное, показалось, – согласилась я, отрывая взгляд от фотографии. – Данька, Данька, странное имя…

– Ничего странного. Его зовут Даниил. Назвали в честь деда. Обычное дело.

– Ну да… Конечно…

– Ладно, – Валя захлопнула альбом, – какие у тебя планы на вечер? На дискотеку пойдем? Я тебя с двоюродным братом познакомлю, он классный!

– Пойдем, – согласилась я.

Потом ее позвали на огород полоть, и мы расстались до вечера.

Дед возился в саду с кустами малины. Я заметила, как мелькает его старая соломенная шляпа. Когда-то он привез ее с юга и летом надевал, когда шел на работу. Теперь и он, и его шляпа на пенсии. Раньше дед с бабушкой жили в городе, а дом в поселке построили позже и стали использовать его как дачу. Теперь они живут здесь постоянно. В их городской квартире остались моя тетя – сестра мамы и ее сын.

Поселок постепенно наполнился такими же пенсионерами-дачниками. Бабушку часто приглашают подработать, она – бухгалтер. Деду повезло меньше, он всю жизнь был начальником в НИИ связи, а теперь стал никому не нужным пенсионером, это его раздражает, хотя он старается не показывать своего настроения; целыми днями читает, уединившись в своей комнате. Иногда, как сейчас, работает в саду, или берется готовить что-то вкусненькое – а готовит он великолепно!

Большинство молодежи ездит на работу все в тот же город. Правда, это часа два на электричке, но люди привыкли.

Здесь, в поселке, никогда ничего не происходит. Очень тихо. Мировые бури и катаклизмы обходят это место стороной. Гулять можно днем и ночью, совершенно безнаказанно, никто не тронет. Все друг о друге все знают. Не спрячешься. Разве что воруют… Однажды, я еще маленькая была, дед привез откуда-то целую машину арбузов. Арбузы разгрузили в летнюю кухню. Конечно, вся улица видела и машину, и арбузы. А на следующий день, после того как прилегли после обеда отдохнуть, мы с бабушкой обнаружили, что арбузов нет. То есть совершенно! Пока мы спали, соседские пацаны перетаскали все наши арбузы в неизвестном направлении. Причем сделали это быстро и бесшумно. Нам даже показалось, что никаких арбузов не было вовсе, что они нам приснились… Если бы не многочисленные корки и куски красной мякоти, разбросанные неподалеку в леске. Дед страшно ругался! Но потом плюнул и махнул рукой. Арбузов не вернешь, не судиться же с соседями.

У поселка статус районного центра, поэтому здесь останавливаются поезда дальнего следования. На одном из них я и приехала. Причем в этом году родители меня отпустили одну!

Я окликнула деда и спросила:

– Помощь нужна?

Он молча отмахнулся.

На крыльцо вышла бабушка.

– Позвони Наташе, – сказала она.

– Я звонила уже, никто не брал трубку, – ответила я.

– Она только сегодня приехала.

– Надо же, – удивилась я, – а где она была?

– С родителями в Ялте, – ответила бабушка.

Да, действительно, я вспомнила, Наташа писала, что собирается на море. Это у них такая семейная фишка – каждый год обязательно я Ялту. Кстати, у другой моей бабушки, папиной мамы, такая же мания. А мои родители не выносят общественных пляжей. Ну, да ладно, каждому – свое.

Я обрадовалась, конечно, что Наташка приехала. Я ее помню столько же, сколько и себя. Кажется, мы всегда дружили. Бабушка говорит, что мы познакомились, когда нам было года по четыре. В тот год мои родители окончили институт и отправились на работу по распределению, меня же оставили бабушке и деду. В то лето дом был уже готов, и меня привезли, так сказать, на природу.

Наташины родители тогда еще не получили квартиру и тоже жили в частном доме недалеко от нашего. Бабушки выводили нас на прогулки. Во время одной из таких прогулок мы с Наташей увидели друг друга и как-то сразу сдружились.

Теперь ее семья переехала, они живут за железной дорогой в одной из многоэтажек нового поселка. Его еще называют заводским – из-за кирпичного завода.

Валю я тоже знаю давно: еще бы, ведь мы соседи! Да вот беда – мои местные приятельницы не дружат между собой. Никогда не дружили, такой необъяснимый антагонизм. То есть они общаются, конечно, но только тогда, когда я приезжаю.

Так, теперь надо позвонить Наталье и сказать, что сегодня я уже пообещала Вальке сходить на дискотеку. И еще надо как-то извернуться перед Валькой, если вдруг Наташка захочет пойти с нами.

Я сняла трубку…

– Кира! Здравствуй! – пропела подруга. – Наконец-то слышу твой голос! Мы буквально только что сошли с поезда. Меня все еще качает. Страшно хочу тебя увидеть!

Я люблю с ней говорить. Наташка очень много читает, а потому сыплет цитатами, где надо и не надо. Но у нее прекрасное чувство юмора, и она умница. Мне не хотелось ее огорчать или разочаровывать, но и врать не хотелось тоже. Поэтому я созналась, что сегодня иду с Валькой покорять местных обывателей (опять-таки Наташкино выражение).

Она рассмеялась и посоветовала «задать им жару», то есть этим самым обывателям.

– Я все равно никакая, – сказала она, – так что веселитесь без меня. Но, надеюсь, завтра мы наверстаем упущенное?

– Конечно, завтра я безраздельно твоя! – с пафосом прогнусавила я.

– О! – воскликнула Наташка, – я вся в нетерпении и предвкушении!

Вот так проблема рассосалась сама собой. Оставалось дождаться вечера.

Глава 3

Бигуди

Когда я зашла, Валька все еще бродила по дому в халатике. На ее голове были накручены бигуди. Ох уж эти бигуди! Когда-то давно они были у мамы, лежали в такой специальной коробке, помню еще, как я играла с ними. Надо же, я почти забыла, как выглядят такие бигуди, а здесь они до сих пор в ходу. Причем, перед тем как накручивать их на волосы, Валька «варила» бигуди по старинке в эмалированной чашке.

– Зачем ты это делаешь? – не выдержала я, ткнув в бигуди пальцем.

– Ты что! Я же не могу выйти на люди с такими волосами! – Валя тряхнула головой, цветные пластиковые валики смешно качнулись в ответ.

– А прикольно, – засмеялась я, – не снимай, так и иди.

Но, видимо, я сказала что-то не то, потому что Валька как-то странно на меня взглянула. Я немного стушевалась и постаралась оправдаться:

– Ну, я имела в виду, можно же сделать химию… и вообще забудь.

– Химия вредная, – заявила Валька. – Кстати, почему ты не накрашенная?

– Я накрашенная…

– Что-то не видно.

– А должно быть видно?

– Возьми-ка вон те тени, синенькие, да, в той коробочке…

Подруга уселась перед старинным трюмо, каких давно не сыщешь, и, выдавив из тюбика с крем-пудрой изрядную дозу, начала тщательно растирать по лицу. Я покрутила в пальцах коробочку с тенями и поставила на место.

– Знаешь, мне не идут синие тени, – призналась я.

– Как хочешь, – Валя пожала плечами, – хоть ресницы накрась погуще.

Я вздохнула и несколько раз послушно провела кисточкой по уже накрашенным ресницам.

Когда с макияжем было покончено, Валя сняла с двери «плечики», на которых прищепками была закреплена клетчатая юбка с многочисленными складками, причем каждая складочка пришпилена булавкой.

– А это зачем? – честно говоря, я уже тихо бесилась, наблюдая, как Валя аккуратно выдергивает булавки, и этому процессу не было видно конца.

– Чтоб складки не расходились, – спокойно ответила она, не прерывая своего занятия.

– С чего ты взяла, что они разойдутся?

– Мама сказала, она так делает. И все у нас всегда так делают. Разве у вас по-другому? – Кажется, вот-вот подруга обвинит меня в жуткой неаккуратности и неумении следить за вещами.

– Да, наверное, ты права, просто у меня никогда не было такой юбки, – миролюбиво ответила я и решила ни на что больше не обращать внимания, терпеливо ждать, пока подруга закончит свой туалет. Что бы ни случилось.

А случилось много чего. Сначала Валя гладила юбку, каждую складку в отдельности, а потом принялась за белую блузку с таким количеством рюшей, воланов, планочек, пуговичек и прочего, что я уже начала подумывать о том, не сбежать ли мне домой.

Наконец, покончив с глажкой, Валя взялась за свою прическу. Она сняла бигуди, придирчиво осмотрела получившиеся локоны и залила их лаком. Нахмурившись, она долго изучала себя в зеркале, потом начала красить один глаз, осмотрев его, приступила ко второму. С губами и румянами Валентина провозилась не менее получаса. Но, видимо, результат ее вполне удовлетворил: получилось кукольное лицо с широко распахнутыми глазами, обрамленными синевой, кирпичными щеками и коричневыми губами. Валя оторвалась от зеркала и посмотрела на меня. В ее взгляде мелькнуло выражение превосходства, но тут же погасло. Подруга постаралась тактично скрыть свое отношение к тому, как я выгляжу.

– Ну, все, – удовлетворенно выдохнула она, – хорошо, что я ногти успела раньше накрасить, а то пришлось бы ждать, пока лак высохнет.

Довольно быстро она облачилась в блузку с юбкой. Зато долго крутилась у зеркала, выгибаясь так и сяк. Вот она достала из шкафа обувную коробку, там оказались «выходные» босоножки на шпильке. Обулась, оценила свое отражение в полной экипировке и заявила:

– Я готова! Мы можем идти.

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×