| Год | цены потребительской корзины | ее эквивалента в заработной плате каменщиков |
|---|---|---|
| 1450 | 102 | 98 |
| 1490 | 106 | 94 |
| 1510 | 103 | 97 |
| 1530 | 169 | 59 |
| 1550 | 262 | 48 |
| 1570 | 300 | 56 |
| 1590 | 396 | 51 |
| 1610 | 503 | 40 |
Источник:
Очевидно, что спустя сто лет после восшествия на престол Генриха VIII средние цены на основные продукты потребления выросли на 488 %. Индекс цен держался на уровне 100 до 1513 г., когда он вырос до 120. К 1530 г. он постепенно вырос до 169, а следующий пик — 231 — был достигнут к 1547 г., году смерти Генриха VIII. В 1555 г. индекс поднялся до 270; два года спустя он подскочил до 409, хотя отчасти виной тому были отложенные последствия снижения ценности денег («порча монеты»), имевшего место при Генрихе VIII и Эдуарде VI. При восшествии на престол Елизаветы I индекс вернулся к среднему положению — 230. Позднее он вновь стал расти, хотя и постепенно: 300 в 1570 г., 342 в 1580 г. и 395 в 1590 г. Однако в конце 90-х годов урожаи были исключительно плохими, сочетаясь с локальными эпидемиями и голодом: индекс в 1595 г. составлял 515, в 1598 г. — 685, и только в 1600 г. он вернулся к 459.
Индекс, выраженный в заработной плате каменщиков, дает столь же отрезвляющую картину трудностей, с которыми люди сталкивались в повседневной жизни тюдоровского времени. В период между 1510 и 1530 гг. произошло резкое падение покупательной способности заработной платы, упавшей за двадцать лет почти на 40 %. Индекс вновь упал в 50-х годах, но в следующее десятилетие вырос, вернувшись к эквиваленту двух третей его ценности в 1510 г. За исключением 1586–1587 гг., он оставался более или менее стабильным вплоть до 90-х годов, когда он упал до 39 в 1595 г. и 29 в 1597 г. После смерти королевы в 1603 г. он вернулся к цифре 45, и это означало, что реальная заработная плата с 1500 г. сократилась на 57 %.
Эта разнородная информация устанавливает основополагающий факт относительно эпохи Тюдоров. Если сопоставить кривую роста английского населения (в процентах) в XVI в. с индексом покупательной способности каменщиков за тот же период, сразу становится очевидным, что две эти линии развития противоположны друг другу и соизмеримы. Уровень жизни падал вместе с ростом населения; его повышение началось, когда рост населения замедлился и прекратился в 1556–1560 гг. Затем уровень жизни вновь постепенно понижался, вплоть до того момента, когда господствовавшее раньше соотношение было уничтожено бедствиями 1586–1587 и 1594–1598 гг., хотя ускорявшийся рост рынка труда после 1570 г. тоже должен был оказать негативное воздействие.
Другими словами, не политика правительства, не предприниматели-капиталисты, не импорт американского серебра в Европу, не ускоренная циркуляция денег, даже не снижение ценности денег («порча монеты»), но демографические тенденции стали ключевым фактором, предопределившим уровень благосостояния Британских островов в XVI в. Военные расходы английского правительства, огромные долги и «порча монеты», безусловно, усиливали инфляцию и безработицу. Однако основные факты общественной жизни при Тюдорах были связаны с ростом населения.
С точки зрения этой основополагающей истины величайшим достижением тюдоровской Англии была ее способность прокормить себя. Крупного продовольственного кризиса национального масштаба удалось избежать. Мальтус, написавший свое историческое «Рассуждение о принципах народонаселения» в 1798 г., выделил позитивное и превентивное сдерживание [роста населения] как традиционные средства, при помощи которых сохраняется баланс между численностью населения и имеющимися ресурсами продовольствия. Превентивное сдерживание включает в себя снижение фертильности, контрацепцию и более редкие и поздние браки; к позитивному относятся высокая смертность и резкое прекращение роста населения. Фертильность в Англии и в самом деле снизилась в конце и в середине столетия, а также в 1566–1571 гг. В правление Елизаветы I больше населения, чем прежде, не вступило в брак. Плохие урожаи 1481–1483,1519-1521,1527–1539, 1544–1545,1549-1551,1554–1556, 1586–1587 и 1594–1597 гг. привели к локальному голоду и росту смертности, причем самые серьезные недороды зерновых имели место в 1555– 1556 и 1596–1597 гг. На деле, поскольку последствия плохого урожая в какой-то определенный год сказывались до тех пор, пока не собирали следующий хороший или удовлетворительный урожай, самые страшные периоды роста смертности пришлись на 1555–1557 и 1596–1598 гг. Однако, какими бы тяжелый ни были последствия голода и болезней в затронутых бедствиями районах, особенно в 90-х годах в городах, позитивное сдерживание в виде роста смертности в национальном масштабе не проявилось, возможно за исключением кризиса 1555–1558 гг. Так что вдобавок к прочим своим трудностям правительство Марии Тюдор столкнулось с самой высокой смертностью со времени эпидемий чумы: население Англии
