спросила:
— А где мы будем историческую практику проходить?
— Вот это каждый решит сам для себя.
Пашка Гераскин даже поднялся со стула.
— Вы говорите, что можно выбирать? — спросил он.
— Сейчас он выберет крестовый поход, чтобы сразиться на мечах с Ричардом Львиное Сердце! — сказала Наташа Белая.
— Ничего подобного, — отмахнулся Пашка. — Ты что думаешь, мне не надоело мечами махать? Нет, у меня есть мечта…
— Какая? — спросил Джавад.
— Тайна, — сказал Пашка. — Может же у человека быть одна тайна?
— У человека может быть тайна, — сказала Каролина. — И Паша нам ее обязательно откроет.
— Это еще почему? — возмутился Пашка.
— А как же тебя отправлять в прошлое, если ты нам не скажешь куда?
— Разумно, — согласился Пашка. — Но сначала я подожду, что придумают мои коллеги по классу.
— Погодите, погодите, — попросила пятиклассников Каролина. — Я хочу уточнить задание на историческую практику. Каждому из вас нужно выбрать себе не просто какую-нибудь эпоху или место, но там должна таиться историческая загадка. Вы же не туристы, вы ученые. А наука — это разгадывание тайн.
— Правильно, — сказал Аркаша Сапожков. — Даже когда я считаю ножки у марсианской сколопендры, я разгадываю тайну. Сначала я не знал, сколько у нее ног, а потом разгадал тайну: у марсианской сколопендры сто сорок семь ног.
— Не может быть! — крикнул Пашка. — Не бывает нечетного числа ног. Аркаша одну ногу нечаянно отломил.
— Я не знаю, какой ты историк, — улыбнулся Аркаша, который, как известно, умеет владеть собой, — но космобиолог ты плохой и не знаешь, что постольку поскольку у всех марсианских сколопендр и многоножек ноги располагаются в три ряда, то общее число ног может быть нечетным.
— Разве? — спросил Пашка. — Я всегда забываю мелочи.
Каролина подождала, пока все отсмеются, а потом продолжала:
— У меня есть для вас второе задание. Каждый путешественник во времени должен снять фильм. Замечательный, очень интересный фильм. Вы не возражаете?
Никто, конечно, не возражал.
— Идите по домам, дети, — сказала Каролина. — Завтра мы встретимся снова. И пускай каждый из вас придумает, какую бы тайну истории он хотел разгадать.
Расходиться не хотелось. Погода стояла отличная, мороз и легкий снежок.
Пятиклассники отправились на Гоголевский бульвар, на станцию юных биологов, где они проводили время после уроков.
Звери удивились тому, что их друзья пришли в неурочное время.
— Не обращайте внимания, продолжайте заниматься своими делами, — сказал Аркаша. — У нас каникулы.
Жираф Злодей наклонил свою глупую голову, словно вытянул шлагбаум через дорогу, и громко хлопал ресницами, стараясь понять, что же такое каникулы. Он был одет в теплую фуфайку — сестры Маша и Наташа Белые вязали ее две недели.
Питекантроп Геракл, который родился обезьяной и старался превратиться в человека, раскачивался на морозостойкой кокосовой пальме, держался за ствол ногами и хлопал в ладоши. Он скучал без людей. Дельфины выпрыгивали из теплой воды, над которой поднимался густой пар.
Юные биологи прошли в домик лаборатории. Алиса Селезнева открыла фруктовый кран и налила всем по стакану яблочного сока.
— Давайте обсуждать, — сказала она. — А то скоро обедать пора.
— А ты какие знаешь тайны истории? — спросил Джавад Рахимов.
Он был добрым парнем и хорошим другом, но не очень любил историю и не знал ни одной исторической тайны.
Тогда заговорил Аркаша Сапожков, самый образованный из биологов:
— Вся история Земли — сплошная тайна, — сообщил он, — начиная с происхождения жизни.
— Чего в этом таинственного! — возразил Пашка. — Не было жизни, а потом она появилась. Куда ей деваться?
— Откуда она появилась? — спросил Аркаша.
— От верблюда! — крикнул Пашка, который не выносил, если ему возражали. Недаром Алиса Селезнева считает, что из него получился бы самый настоящий царь. Чуть возразишь — голову с плеч долой!
— Жизнь произошла от Бога, — сказал Джавад. — Так многие считают.
— Только не ученые, — возразил Аркаша.
— История начинается тогда, когда начинается жизнь, — сказала Алиса.
Ван Цицуну очень хотелось сказать что-нибудь умное. Он поступил в этот класс всего два месяца назад и очень боялся, что в чем-нибудь отстанет от остальных ребят.
— История начинается, когда начинается время, — сказал он.
— Чепуха! — закричал невоспитанный Пашка. — Время было всегда!
— Мальчики, мальчики! — вмешалась в разговор Маша Белая. — Не надо ссориться.
В открытую форточку с трудом влезла голова жирафа Злодея. Ему было любопытно узнать, почему биологи так шумят. Но короткие рога жирафа застряли между рамами старого окна, и он начал рваться, волноваться, и стекло зазвенело — вот-вот лопнет.
— Злодей! Стоять! — приказала Алиса. — Сначала успокойся, подумай, а потом будешь тянуть голову обратно.
Злодей заморгал длинными ресницами, большая слеза сорвалась с них и упала на пол. Геракл потащил его за хвост, а Маша Белая щекотно поцеловала в нос. Жираф вытащил голову наружу и чихнул.
— Довели животное, — сказала Наташа Белая. — Разве можно так шуметь?
Мальчик Ван Цицун взволновался, побледнел и сказал:
— Простите, я во всем виноват. Не надо было мне вмешиваться в беседу почтенного Паши и уважаемого Аркадия.
Ван Цицун приехал из Шанхая. Его папа был великим бадминтонистом. Даже чемпионом мира. А теперь он основал в Москве школу бадминтона. Многие хотели поступить в эту школу или отдать в нее своего ребенка. Так что, вернее всего, Ван Цицуну придется остаться в Москве надолго, и он будет учиться в одном классе с Алисой Селезневой.
Русский язык Ван Цицун выучил уже на каникулах и говорил на нем, хоть и с акцентом, не хуже Пашки Гераскина. Он оказался замечательным математиком. Китайский ученик имел только один большой недостаток: он был очень дисциплинированным, аккуратным и совсем не любил шалить, шуметь, убегать с уроков и совершать необдуманные поступки. По сравнению с ним даже заядлый отличник и тихоня Аркаша Сапожков выглядел отпетым хулиганом.
— Если будут записывать, — сказала Маша Белая, — запишите меня на тайну Синей Бороды.
— Простите, это сказка? — спросил Ван Цицун.
— Вот я и хочу узнать, Синяя Борода был сказкой или жил на самом деле? Ну что вы смеетесь? Неужели вам неинтересна такая историческая тайна?
— Мы потому смеемся, — ответила двойняшка Маши Наташа, — что Синяя Борода обязательно на тебе женится, а потом тебя убьет.
— Мы еще посмотрим! — возмутилась Маша Белая. — В те времена, когда он жил, женщины были робкие и слабенькие. А у меня, к вашему сведению, есть черный пояс карате. Кто не верит, может на меня напасть.
