необходимо, чтобы вы до суда находились у господина Сантано, который любезно согласился на это. Поговорите с ним и решите. Но предупреждаю, если вы не согласитесь на мое предложение, нам придется принять в отношении вас другие меры.
САНТАНО. Я еще не разглядел вас как следует. Эффектно! Сенсационно! Изумительно! Оригинальнее, чем я ожидал! Это, наверно, сердце? Ишь, как екает! Я не знал, что оно такое большое и совсем не похоже на те сердца, которые изображают пронзенными стрелой амура или на картах червовой масти… А это что?
ПАРКЕР. Оставьте меня в покое!
САНТАНО. Ну, ну, какой недотрога! Так согласны работать у меня? Ведь вам все равно некуда деваться. У меня полная чаша. Чего душе угодно.
ПАРКЕР. И что дальше?
САНТАНО. А дальше вот что. Если согласитесь выступать перед публикой, то сверх прочего вы получите кое-какие деньжонки.
ПАРКЕР. Вы хотите показывать меня, как какого-нибудь крокодила? Я не буду выступать перед публикой.
САНТАНО. Ваше дело. Я думал, вы умнее и практичнее. Вы могли бы хорошо подработать для своего гнездышка, пока погаснет свет. А к тому времени мы разыскали бы и вашу несравненную Мэг. Я уже напал на ее след.
ПАРКЕР. Вы обещаете мне это?
САНТАНО. Да. А у Сантано слово и дело не расходятся.
ПАРКЕР. Хорошо! Если так, я согласен на все.
САНТАНО. И умница, и отлично!
ЭЛИС
ВУД. Да, господин Никольс приказывал мне называть его профессором.
НИКОЛЬС. Ложь!
АДВОКАТ
ВУД
ПРОКУРОР. И он не возражал?
ВУД. Он даже приказывал. И он заставлял меня расхваливать его как гипнотизера.
ПРОКУРОР. Что же заставляло вас исполнять его приказания?
ВУД
ПРОКУРОР. Скажите, свидетельница, господин Никольс брал деньги за повторные визиты?
ВУД. Да, всегда.
НИКОЛЬС. Ложь!
СУДЬЯ
ПРОКУРОР
СУДЬЯ. При обыске были отобраны квитанционные книжки
ПРОКУРОР
НИКОЛЬС. Буду.
АДВОКАТ. Эти записи в квитанционных книжках велись вами, госпожа Вуд?
ВУД. Да.
АДВОКАТ. Прошу занести это в протокол.
СУДЬЯ
ПРОКУРОР. Еще один. Скажите, свидетельница, обвиняемый Никольс держал Джона Паркера взаперти?
ВУД
АДВОКАТ. Почему вы думаете, что загипнотизировал?
ВУД. Потому что загипнотизировал. Я же знаю! Он делал вот так…
СУДЬЯ. Вопросов не имеете? Садитесь, госпожа Вуд.
ВУД. Я еще хотела сказать… господин Никольс заставлял меня убирать квартиру, словно я прислуга… он…
СУДЬЯ. Садитесь! Свидетельница Буш.
СУДЬЯ. Что вы имеете сказать? Вы лечились у доктора Никольса от старости?
БУШ
СУДЬЯ. И что же?
БУШ. Простите, но я смущаюсь… Дело интимное. У меня был жених… то есть я хотела бы, чтобы он стал моим женихом и мужем. Но дело расстроилось. Он женился на девчонке, которая только и умела, что закатывать глаза да вертеть хвостом. Мое счастье разбито. И в этом я обвиняю господина Никольса. Он обманул меня.
СУДЬЯ. Словом, вы остались такой же старой, как были?
БУШ. Я… я осталась такой, какой была. Еще не старой, но не первой молодости. А эти мужчины…
СУДЬЯ. Так. Вопросов не имеете? Садитесь. Свидетель Палей.
СТАРИК
АДВОКАТ
СУДЬЯ
СТАРИК