– Хорошо. Жди моего звонка… И не забудь про чеченский след. Это будет твоя плата за использование моего времени…

Положив на стол перед собой трубку, я долго и тупо смотрел на нее, словно пытался загипнотизировать. Очень хотелось, чтобы позвонил Кирпич и что-то сообщил. Но Кирпич активности, кажется, не проявлял. Если с капитаном Тропилиным я не только по телефону разговаривал, но и встречался, и даже получил от него уже материалы уголовного «дела», то второй «питомец» Кима Валерьевича про меня, кажется, забыл. Впрочем, прошло только полдня, а сведения не всегда сами идут в руки. Следует кого-то найти, с кем-то поговорить, кого-то напоить, кому-то нос сплющить, и только после этого могут появиться первые данные…

А пока мне следует посмотреть, что «накопал» на меня капитан Югов…

* * *

Но данные пришли опять не от Кирпича, а от бессонного капитана Тропилина…

– Товарищ подполковник, опять я беспокою…

– Слушаю, Ярослав Вячеславович. Вам, похоже, выспаться не дают…

– Если помните, я попросил своих ребят, что в охрану старшему следователю Шторму выделили, присмотреть за ним… Они мне сейчас только позвонили. Шторм предпринял странную поездку. Еще один пригородный поселок в том же направлении. Только теперь не Полетаево-3, а Полетаево-2. Рядом с поселком деревня. Даже не рядом – поселок с деревней, по сути дела, сросся. Шторм ездил туда. Охрану оставил в стороне, чтобы не видели, куда он точно направляется. Но парни проследили, определили дом и с местными алкашами поговорили. Короче… Там живет какой-то чеченец, которого Шторм навестил. Беседовал недолго, не больше десяти минут. После этого домой поехал. Меня очень интересует такое свидание с «черным», состоявшееся сразу после того, как в Шторма стреляли «черные»…

– Меня это интересует еще больше, чем вас… Кстати, вы с Кирпичом не встречались?

– Мы с ним стараемся друг друга не узнавать при встрече…

– Добро… Надеюсь, он сам скоро объявится. А что вы можете сказать мне о капитане Югове? Этого-то вы должны хорошо знать…

– Хороший опер. Несуетливый и толковый… Вам что-то не понравилось в материалах «дела», которое он ведет?

– Он еще утром выходил на контакт со мной. Сам… Предложил сотрудничество…

– Может быть, вам и следует согласиться… Но для начала попробуйте сотрудничать только по телефону. Сейчас Югов должен быть на службе. У него допросы. Отдыхать после ночной работы не поехал…

– А вы отдыхать тоже не собираетесь?

– Я дома. Уже почти уснул, когда мне позвонили. Но мне достаточно в сутки поспать четыре часа, и я снова свежий и работоспособный. Лучше, конечно, четыре часа без перерыва… Но это не всегда удается…

– Школа спецназа ГРУ… – выдал я комплимент и даже через трубку почувствовал, что капитан остался доволен. – Спасибо за информацию. Отдыхайте…

Если Югов не поехал отдыхать, значит, с ним можно поговорить. Я достал трубку покойного подполковника Фархутдинова, поскольку ментовский опер знает только этот номер из четырех моих номеров, а другие «засвечивать» ни к чему, и позвонил. Он в самом деле оказался на службе.

– Говорить можете?

– Вполне. Я только что закончил допрос…

– Вы знаете такой поселок – Полетаево-2?

– Конечно. Это недалеко от Полетаева-3, только сворачивать следует по другой дороге. Чуть больше километра не доезжая до знакомого вам поворота…

– Там есть какая-то деревня. Она срослась с поселком…

– Кажется, что-то есть… Я там давно не был, но, кажется, есть… А что вас так манят эти места, товарищ подполковник?

– В этой деревне живет некий чеченец… Не могли бы вы дать мне о нем хоть какую-то информацию? Наверное, чеченцев там немного, если говорят только про одного…

– Извините, но чеченцев у нас в городе живет множество. Обо всех информация есть, наверное, только в ФСБ. И то я сильно в этом сомневаюсь… Можно вопрос – по какой причине он вас так заинтересовал?

– Меня не он заинтересовал. Вы знаете, что сегодня было покушение на старшего следователя Шторма?

– Слышал…

– Стреляли в него кавказцы…

– Да, говорят, видели двоих «черных», которые убегали, когда загорелась машина…

– Я не люблю термин «черные»… Но не в этом суть. Суть в том, что, во-первых, я не верю в такие неудавшиеся покушения, во-вторых, старший следователь Шторм после этого знаменательного для себя события посетил в Полетаеве-2 какого-то чеченца…

– Ладно… – согласился капитан. – Я постараюсь выяснить… Но у меня сейчас еще один допрос. Уже привели обвиняемого. Только когда закончу…

– Параллельную просьбу можно?

– Попробуйте…

– У меня есть основания предполагать, что отчим моей дочери…

– Аркадий Ильич?

– Да, Аркадий Ильич… У меня есть основания предполагать, что он давно и хорошо знаком со Штормом…

– Мы вместе со Штормом разговаривали с Аркадием Ильичом. Они незнакомы…

– Тем не менее они знакомы, и по какой-то причине не желают это знакомство афишировать… И потому я хотел поинтересоваться – нет ли у вас чего на этого Аркадия Ильича?

– Я посмотрю по картотеке.

– Я буду ждать вашего звонка…

Я отключил трубку, не слишком удовлетворенный состоявшимся разговором. При этом сам не мог понять, чем я не удовлетворен. Может быть, разницей между первым разговором с капитаном и вторым разговором с ним же. В первый разговор он не просто был готов к сотрудничеству, а сам напрашивался на него. Сейчас же тон был почти холоден, будто бы я навязывал Югову работу, которую он делать не хотел. Похоже, за короткий промежуток между разговорами что-то произошло. Но узнать, что произошло, у меня возможности пока нет…

* * *

Сам выйти на связь с Кирпичом я не мог, поскольку куратор ГРУ Ким Валерьевич по каким-то собственным соображениям не пожелал наградить меня телефонными номерами Тропилина и Шамотова. И если Тропилин свой номер уже записал в памяти моей трубки, то Шамотов-Кирпич пока не рвался стать популярным абонентом. А мне очень хотелось его услышать, поскольку именно от него первого прошла информация, как Доктор Смерть выразился, о «чеченском следе». Поторопить Кирпича, чтобы как можно быстрее дать данные в Интерпол, я не мог потому, что не мог поторопить самого Кима Валерьевича…

Не слишком торопился стать моим помощником и ментовский опер капитан Югов…

Что мне оставалось делать? Если сидеть и ждать, когда мне принесут готовое решение всех накопившихся проблем, – можно дождаться появления на пороге группы захвата, в которой не будет капитана Тропилина.

Надо искать самому…

И я решил поехать в Полетаево-2. Хотя бы просто присмотреться к месту…

* * *

Я выезжал из двора на улицу. И где-то недалеко «выстрелила» выхлопная труба. С некоторыми машинами при российском стремлении производителей бензина разбавлять топливо своей мочой это бывает. А моя рука уже оказалась в боевой готовности, и пистолет щелкнул предохранителем… Значит, организм за время пенсионного расслабления полностью не растерял наработанные реакции. И я еще кое на что годен…

Рабочий день уже близился к завершению, и в это время поток автомобилей на улицах стандартно снижается, словно автомобилисты накапливают силы перед предстоящим стоянием в пробках. И потому город я миновал быстро. И даже остановился на окраине, чтобы пообедать в придорожном кафе, поскольку с утра во рту ничего не было. Потом выдержал экзамен на способность Кима Валерьевича и его людей работать качественно. Меня остановила машина ГИБДД, проверяли и мои документы, и документы на машину, и даже с кем-то связывались, как я понял, через компьютер, проверяя мои права. Скорее всего права и без дополнительной проверки не вызвали сомнения, просто новый компьютер, установленный в ментовской машине, еще не успел ментам надоесть, и им очень хотелось его еще раз испробовать. Права, к моему удивлению, оказались подлинными. По крайней мере так сказал компьютер. Следовательно, куратор работать умеет, и я занесен уже во все списки регистрации и даже, вероятно, имею со своим паспортом избирательное право.

Отыскав без труда поворот на Полетаево-2, что неудивительно, поскольку читать дорожные указатели я умею, я проехал через весь поселок, ничем не напоминающий Полетаево-3, и издали увидел три милицейские машины, стоящие около большого дома на окраине. Эта окраина, по всей видимости, и была той самой деревней, что срослась с поселком. Ехать туда мне особо не захотелось, и я остановился около магазина. Рядом, на аккуратно сложенных почерневших от возраста бревнах, бывших когда-то стеной рубленого дома, несколько мужичков потрепанного вида посасывали из двухлитровой пластиковой бутылки пиво, передавая бутылку от одного к другому и сильно морщась при этом. Приблизившись к ним, я понял, что морщатся они не от пива, а от самогона, запах которого держался устойчиво и неистребимо. Закуску в компании, видимо, гордо презирали…

– Привет, земляки…

Мужички переглянулись и признать меня за земляка не поторопились. И вообще мое присутствие восприняли по-своему:

– Тебе не нальем… – сразу предупредили. – Ты одет хорошо, и можешь сам себе позволить… Но закурить все ж таки дай…

Я чувство юмора оценил.

– Не курю, к счастью… Что тут у вас произошло-то?

– А ты кто будешь?

– Из газеты я…

Поморщились больше, чем от самогонки. Это я могу понять. От современных газет любого нормального человека, пьющего много, пьющего мало или вообще не пьющего, покоробит и уронит головой в унитаз. Профессия журналиста в нынешние времена стала презираемой простым людом.

– А-а… Тогда туда кати… – Старший мужичок, с профессиональными темными прожилками в сизом носу, махнул рукой в сторону ментовских машин. – Там расскажут…

– Там народ, понимаешь, жадный… Новостями делиться не любит… – постучав по предполагаемому погону, сказал я. И достал из кармана сто рублей – по

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×