изменения в жизни отмечены какими-то травмами. Напротив, в большинстве случаев жизнь меняется постепенно, хотя все люди могут указать на живые и впечатляющие эмоциональные переживания. На самом деле, невозможно провести резкую границу между травматической и постепенной трансформацией.
В одной группе автобиографий, собранных у студентов колледжа, оказалось, что более 10 % описали отчетливо травматические события, внезапно трансформировавшие большую область их личности. На прямой вопрос 48 % заявили, что у них имелись необычные впечатляющие эмоциональные переживания, но в редких случаях они приводили к внезапной переориентации жизни.
Собственные травмы. Как мы отметили, отдельное волнующее событие может создать некоторую доминирующую персеверативную систему (фобию, отвращение, ритуал). Но такие события могут также положить начало смещению центра образа
Антрополог Рут Бенедикт рассказывала, что ее отец умер, когда ей было всего лишь два года. Каким-то образом, несмотря на горе, трагическая сцена у гроба отца дала ей впечатление, что мир смерти – мирный и красивый. Позже, в возрасте шести лет, она рассматривала свое потайное место в стоге сена как свою «могилу». Она пишет: «… Меня озарило – я поняла, что всегда и без проблем могу быть сама с собой, и что если я никому не расскажу о вещах, которые для меня важны, никто не сможет отнять их у меня. Я думаю, это было фундаментальным знанием, которым я жила до тридцати пяти лет…» [487] .
Из этих эпизодов двух– и шестилетнего возраста Рут Бенедикт выковала свой стиль жизни на много лет. Следующие два эпизода имеют дело с травматическими переживаниями в школе и колледже.
Женщина, которой сейчас шестьдесят лет, прослеживает свою неизменную преданность поэзии в значительной степени до эпизода на уроках по Вергилию в средней школе. Она выполняла обычный перевод, трудный и скучный. Учитель, в сотый раз пытаясь придать смысл задаче, спросил, как отрывок был бы выражен в Библии. К счастью, она уловила ссылку и сказала: «Склони твое ухо к моей мольбе». И именно в этот момент ее буквально озарило необыкновенно сильное переживание красоты поэзии. Это чувство к поэзии она пронесла через всю жизнь.
Не кий новичок в колледже, пришедший из семьи с низкой культурой, высокомерно презирал всяческую интеллектуальную деятельность. Он был плохо подготовлен к колледжу, непривычен к учебе и чудовищно безграмотен. Особые трудности у него были в курсе английского сочинения. Однажды, когда преподаватель в очередной раз устало бранил его, мальчик в очередной раз огрызнулся: «Я не люблю английский, никогда не любил и никогда не полюблю». Но настойчивый учитель скучающим тоном сказал: «Сейчас я говорю не об английском, а о твоей жизни». Эффект был совершенно ошеломляющим. Удар каким-то образом попал в цель. Парень не только изменил свою манеру поведения, но увлекся предметом, получил высокие оценки, вступил в общество «Фи Бета Каппа» и в конце концов стал учителем английского.
Нет нужды говорить, что принятие и использование таких травматических переживаний должно быть как-то подготовлено. Происходит, по-видимому, то, что старые материалы в личности внезапно перегруппировываются и обретают новое значение. Уильям Джеймс говорил об эффективных религиозных обращениях как об «изменении центра» жизни. Это понятие хорошо описывает то, что, наверное, происходит во всех случаях травматических трансформаций.
Резюме
В этой длинной главе много о чем говорилось. Утверждалось, что простая гомеостатическая теория мотивации неадекватна. Утверждалось также, что мы не можем понять роль, которую играют взрослые мотивы, просто проследив их назад до их происхождения в детстве. Различия между юными и взрослыми мотивами громадны.
Явление трансформации мы называем
Некоторые функционально автономные системы являются
