психиатрии. Согласно психиатрическому употреблению, инсайт приписывают пациенту, знающему, что он (а не кто-то еще) страдает от дезориентации. Распространяя это использование понятия на нормальную популяцию, мы можем сказать, что точное самопознание – это измерение, в котором люди занимают положение в диапазоне от высокого самопонимания до низкого или отсутствующего.
В этой связи интересно исследовать автобиографии. Некоторые авторы склонны сосредоточиваться на своих недостатках и «объективно» исповедуются в них перед читателем, видя в том добродетель. Возможно при этом, что они скрывают некоторые тайны от любопытных глаз (даже своих собственных). Люди знают за собой какие-то случаи подлости или стыда, которые было бы слишком унизительно раскрывать (и даже увидеть). И, конечно, многие автобиографии – всего лишь витиеватые самооправдания [501] .
Понимает себя индивид или нет? Что по этому поводу может сказать психолог? Согласно старинному изречению, у каждого есть три характера:
1) тот, который у него есть;
2) тот, который, по его мнению, у него есть;
3) тот, который, по мнению других, у него есть.
В идеале самопознание должно измеряться через соотношение между первыми двумя пунктами, ибо отношение того, что человек думает про себя, к тому, чем он реально является, дает совершенное определение и показатель понимания себя. Однако очень трудно практически получить позитивное доказательство того, каков человек в биофизическом смысле. Поэтому, в конечном счете, самым практичным показателем становится соотношение между вторым и третьим пунктами, а именно отношение того, что человек думает о себе, к тому, что другие (особенно изучающий его психолог) думают о нем. Слова человека о том, что весь мир, включая психолога, неправ относительно него, невозможно опровергнуть. Если он на этом настаивает, то Бог ему судья.
Психологи знают, что есть определенные корреляты самопонимания. Например, тот, кто осознает свои неприятные качества, с гораздо меньшей вероятностью станет приписывать их другим людям; он, так сказать, менее склонен к «проекции», чем тот, кому не хватает понимания себя [502] . Люди с высоким пониманием себя лучше знают других людей и с большей вероятностью принимаются ими [503] . Есть также свидетельства того, что люди с хорошим самопониманием в среднем имеют сравнительно более высокий интеллект [504] . Вспомним также, что студенты, оцененные как более «здоровые», имели и более высокое понимание себя.
Юмор. Быть может, самый поразительный коррелят самопонимания – это чувство юмора. В одном неопубликованном исследовании, где испытуемые оценивали друг друга по большому количеству черт, корреляция между оценками по пониманию себя и по юмору оказалась равной 0.88. Такой высокий коэффициент означает либо то, что личности с хорошим пониманием себя имеют также большое чувство юмора, либо то, что лица, производившие оценку, не смогли различить эти два качества. Но результат важен и в том и в другом случае.
Тесную связь этих двух черт демонстрирует личность Сократа. Легенда рассказывает, как на представлении «Облаков» Аристофана Сократ встал, чтобы развлекающаяся публика могла лучше сравнить его лицо с маской, предназначенной для его осмеяния. Обладая хорошим самопониманием, он был способен беспристрастно воспринять карикатуру и помочь шутке, посмеявшись над собой вместе с другими.
Что собой представляет чувство юмора? Романист Мередит говорит, что это есть способность смеяться над вещами, которые любишь (включая, конечно, себя самого и все, что к тебе относится), и, тем не менее, любить их. Настоящий юморист видит за каким-то серьезным предметом (собой, например) контраст между видимостью и сущностью.
Чувство юмора необходимо резко развести с более грубым чувством комического. Последним обладают почти все люди – как дети, так и взрослые. То, что обычно считается забавным – на сцене, на юмористических страницах журналов, на телевидении, – состоит из абсурда, грубых шуток или каламбуров. Большей частью смех вызывается унижением некоего воображаемого оппонента. Агрессивные импульсы лишь слегка замаскированы. В этом «внезапном торжестве» собственного
Маленький ребенок остро чувствует комическое, но почти никогда не смеется над собой. Даже юноша воспринимает свои неудачи скорее со страданием, чем со смехом. Есть
