— Теперь переходим к вопросу с кольцом, — продолжила я.
Стужев усмехнулся и вдруг шагнул ко мне, уничтожая то малое пространство, что было между нами, склонился надо мной и прошипел:
— В общем так, Маргош, я — сволочь, злодей и вообще у меня характер поганый.
— Это мы знаем, — воинственно ответила я. — Ты у меня еще вампир, змей, оборотень, колдун, и вот, выясняется, что и какой-то там Ледяной Чешуйка!
— Дракон, — прошипел Кощей-младший. — У меня мать Снегурочка, а ее дед по материнской линии властитель Ледяных Гор, и я, соответственно, наследую их как последний Ледяной Дракон.
— Чешуйка! — не согласилась я. — Хотя теперь понимаю, откуда столь прогрессирующая клептомания! Но это мелочи, а ты, морда кощеистая, просто обязан объяснить, какого лешего на мне делает это кольцо, к чему цирк с Яном и почему нельзя было мне просто его дать со словами: «Рита, ты же хотела быструю свадьбу без заморочек!»
Высказавшись, смотрю на него. Он на меня. Я на него. Он… улыбнулся. Я почему-то тоже. У нас с Сашей два пути решения конфликтов — супружеский долг или просто смешно становится… а супружеский долг потом.
— Я тебя очень люблю, — тихо сказал Стужев, осторожно обнимая.
— Я тебя тоже, — не могу на него долго злиться, да и стремно — опять заявится круговорот утешителей — Генри с моралью, Прив с цветами и Иван с игрушками.
Стужев наклонился, нежно поцеловал и почему-то громко спросил:
— Маргарита, ты будешь моей женой?
— Саш, мы и так женаты, — напомнила я.
Улыбнулся, потом задумался, задал другой вопрос:
— Будь моей Ягой?
— Сашенька, Ёжки народ свободолюбивый, избушкой и зверьем озабоченный, им не до Ледяных Чешуек, правда.
У Князя взгляд вдруг стал такой коварно-азартный и он сделал третью попытку:
— Будь моей… ведьмой.
Я рассмеялась. С ведьмами вопрос был решен еще месяц назад, и все они перестали быть собственностью некоторых с клептоманечкой, и из собственности перешли в раздел наемных рабочих даже с зарплатой, так что…
— Да, любимый, — весело ответила я, приподнявшись на носочках и нежно поцеловав его, — я буду твоей ведьмой, твоим счастьем, твоим светом и твоей совестью, всем, кем попросишь. Только пожалуйста, попроси в следующий раз, а не ставь перед фактом, договорились?
Александр Мечеславович Стужев, наследник царства Кощеева, величественно кивнул и с нежностью, как самое бесценное свое сокровище, осторожно поцеловал. А я, как и всегда, таяла от любви в его сильных руках, чувствуя себя самой счастливой на свете…
— Мм, да, — прервав помутнение моего рассудка, произнес Саша, — совсем забыл о последнем факте.
— Каком? — настороженно переспросила я.
— Ты ведь помнишь, что я тебя очень люблю? А ты любишь меня? — уточнил Стужев.
И взгляд такой выжидательный. Вот под его взглядом я и кивнула… неуверенно.
— Не забывай об этом, пожалуйста, — попросил Кощей-младший.
И развернул меня.
А там… там… были столы, под шатром накрытые! И арка из цветов! И шарики с надписями про свадьбу. Но это все мелочи, потому что там были мои родители! И родственники, и даже Ромка с Катей! И Сашины родители! И все его родственники! И князь местный со своей семьей! И темные, целая свита — какая-то злая женщина, причем действительно злая, и с ней штук сорок темных! И Ёжки! Все! И драконы! И