за себя лично!
Сиурей приподнял безволосую надбровную дугу, всматриваясь в мое лицо, скорее всего, проверял, не иронизирую ли я, но я ответила ему честным искренним взглядом, и он снова кивнул мне. Молча! Ксион же довольно улыбнулся, показав пожелтевшие крупные клыки, и предложил, наконец, начать наше путешествие. Филя проводил взглядом удалявшихся марханов, а потом и я, наконец, обратила внимание на одну существенную деталь. Марханы были без лошадей. Лишь одна повозка, загруженная, скорее всего продовольствием, и все. Гоблины словно взлетели на низкорослых, но судя по их злобному виду, вполне себе таких боевых коней.
Сиурей ехал впереди с двумя товарищами, а вместе с ними скользил толстым хвостом по вытоптанной земле Юдер. Самое удивительное, что ни один мархан не отставал от основной верховой группы, и лишь Ксион в силу своего возраста сидел на вожжах в телеге. Я привязала Серого к задку телеги и ехала на Тихоне рядом с шаманом, мы разговаривали.
- Да-а-а! Жаль Камоса, жаль всех нас, но я рад, что ту миссию доверили именно ему. Его не зря нарекли славным именем. Пойти на столь великую жертву и привязать свою душу... отказаться от перерождения... на такое не каждый способен, в этом я уверен.
- А много магов у вас сталось, Ксион?
- Нет! К сожалению, должен признаться вам, Алев, что магов не осталось совсем. Чтобы пройти обучение до конца, наших жизней не хватает, есть только шаманы, но и их силы слабеют год за годом. И это в такое время...
- А чем это время отличается от других?
- Смута растет. Какая-то всеобщая непонятная смута, Алев. Наш великий Стретер - защитник марханов и покровитель драконов давно не проявлял к нам своей благосклонности, а ведь мы каждый год молим его об этом в день, когда Суар остается один на небосклоне полные сутки. Поговаривают, что светлоликая Алоис - прародительница эльфов тоже покинула божественные чертоги. И больше не отвечает на молитвы своих детей. Зато Трехликий людей и гномов активно поддерживает, но часто играет в свои собственные игры. Гномы сейчас вон как возгордились, полезли из всех щелей своего подземного царства. Люди плодятся бесконтрольно, постоянно интригуют и воюют между собой, а заодно и нас всех дружно в свои конфликты вовлекают. Только гоблины на этой войне выгоду и получают, вон как выросли их тарифы за услуги, но слава Стретеру, они еще помнят нас сильной расой и уважают за былое, - потом тихо добавил, чтобы гоблины не слышали, - вполне возможно они тоже играют в свои собственные игры и стараются удержать общее равновесие.
- Я думаю, каждый из нас соблюдает прежде всего свои интересы.
Ксион внимательно посмотрел на меня и спросил:
- А вот меня все же интересует, уважаемая Алев. Какие интересы преследуете вы, помогая марханам? Не в обиду вам, конечно, вопрос.
Я лишь хмыкнула на его последнюю быструю оговорку. Я искренне ему сочувствовала. Ему приходится любезничать со мной, по сути непонятно кем, только из-за призрачной надежды, причем слабо подтвержденной чужим перстнем, что я несу на себе их долголетие. И доверять полностью сложно, и обидеть нельзя, вдруг взбрыкну, а на нем висит судьба его народа. Ох, не завидую я ему.
- Я честно сказала вам, уважаемый Ксион, что сейчас исполняю клятву, данную Камосу. Он выполнил два моих заветных желания, за это потребовал выполнить одно поручение. Наш обмен был честным и другие марханы мне ничего не должны. Чтобы не произошло, я сделаю все возможное, и последняя миссия Всегда Идущего до Конца будет выполнена. 'Сердце Марханов' воссияет на своем ложе в Доме Предков.
- А можно узнать, какие именно он выполнил желания, чтобы вы согласились выполнить его поручение?
- Он дал мне знание и открыл мне правду, - смерила чересчур любопытного старика предупреждающим взглядом.