– А попытка позаботиться о твоей безопасности – это недостаточно хорошая причина? – спросил доктор Каллен.
– Моя безопасность ничего не значит для меня, по сравнению с ее безопасностью, – заявил в ответ Эдвард.
Я ощутила, как от его слов внутри закипает ужас. Он не должен так думать, он не может ставить мою безопасность выше своей. Он слишком важен для многих людей и не может слепо не уважать собственную жизнь. Я – просто рабыня, я привыкла к опасности. И я выживу, но, даже если нет, он должен жить, потому что не может так поступать ради меня. Я слишком сильно его люблю, чтобы позволить ему пострадать.
– И ты умрешь за нее? – спросил доктор Каллен.
Я напряглась.
– За одно биение ее сердца, – без колебаний ответил Эдвард.
От его слов у меня вырвался всхлип, я прикрыла рукой рот, тело тряслось, слезы бежали из глаз. Я почувствовала, что кто-то касается меня, и подпрыгнула, резко разворачиваясь. Джаспер стоял позади меня, и я уставилась на него широко открытыми глазами, прежде чем он обнял меня. Он крепко держал меня, и я рыдала у него на груди, не в силах больше сдерживать слезы. Это неправильно – все это. Ничего такого не должно происходить. Я причиняю слишком много проблем, я разрушаю их семью.
– Иногда ты слишком похож на свою гребаную мать. Видно, я просто теряю время, пытаясь воззвать к твоей логике. Угробь свою чертову жизнь, если хочешь, но ее жизни ты не хозяин. Она будет там, где я скажу, так или иначе. И ты никуда, блядь, не поедешь с ней! – выплюнул доктор Каллен.
Джаспер вздохнул и крепче сжал меня, тихо покачивая, пока я всхлипывала.
Я услышала шаги и посмотрела в сторону комнаты, напрягаясь и пытаясь успокоить рыдания, когда лицом к лицу столкнулась с доктором Калленом. Он застыл на верхней ступеньке, глядя на меня. В его глазах горел огонь гнева, который напугал меня. Он был так похож на тот гнев, который я видела тогда в его комнате…
– Это ты так думаешь! Еще посмотрим, ублюдок! – закричал Эдвард из своей спальни. Гнев доктора Каллена исчез, и он застонал, звук был похож на рычание. Он покачал головой и быстро пошел вниз. Дверь захлопнулась на втором этаже, и я, вскрикнув, подпрыгнула.
– Успокойся, все хорошо, – тихо сказал Джаспер, прижимая меня к себе.
Я обняла его, зарываясь ему в грудь. Слезы свободно бежали по щекам, и я была не в силах их остановить, я не могла взять себя в руки. Раньше я прекрасно контролировала эмоции, но все изменилось. Все стало другим. Я даже больше не знаю себя.
Я услышала голоса Эммета и Эдварда в комнате, но не поняла ни слова из сказанного, они говорили тихо. Джаспер просто держал меня и покачивал, пытаясь заверить, что все в порядке. Я ценила это, и он почти давал мне ощущение безопасности, я ощущала его участие, но он ошибался. Все плохо.
– Котенок в порядке? – спросил Эммет через минуту.
Я оторвалась от Джаспера, и он отпустил руки. Я посмотрела в коридор и увидела, что Эммет участливо смотрит на меня. Я кивнула и вытерла слезы.
– Блядь! – заорал Эдвард. – Белла! – он выбежал из комнаты и застыл позади Эммета, глядя на меня широко распахнутыми глазами.
Я все еще тряслась, но пыталась взять себя в руки, борясь со слезами. Эдвард стоял передо мной, он был невредим. На сегодня все закончено. Я не наивна, я знаю, что будут последствия, но пока, в этот момент, все закончено.
– Иди сюда, детка, – сказал он, быстро подходя и протягивая ко мне руки.
Джаспер позволил мне отойти, и я сделала несколько шагов вперед. Эдвард обнял меня, я прижалась к нему, ощущая такую знакомую теплоту и его неповторимый аромат. Он успокаивал, давал ощущение безопасности, ощущение, что я дома. Я принадлежала ему.
– Господи, ты же не слышала это дерьмо, так ведь? – спросил он, крепко сжимая меня и покачивая.
