независимость и делать вид что ее это не интересует. Илка
очень любил до войны стоять на утиных перелетах, на кото-
рых он очень успешно стрелял уток влет, утки которые на-
ходились от него в десяти метрах и не подозревали что на
сосне над ними сидит человек с винтовкой. Старый селезень
поднял голову и крякнул, стая взлетела и спланировав свер-
ху вниз скрылась за кронами сосен.
Илка насторожился, утки не зря заволновались, значит
они что-то почувствовали, чего он еще не видел. Далекий
звук натужно работающих моторов, слился с многочислен-
ными птичьими криками, которые доносились из крон со-
сен, как финские «кукушки» общались друг с другом, опо-
вещая об опасности. Семь «полуторок», тщедушных совет-
ских грузовичков, прыгая из колеи в колею, двигались в
152
направление расположения войск, они везли продовольст-
вие, боеприпасы и оружие, к каждой машине была прицеп-
лена небольшая пушка, и в кузове ехали по несколько бой-
цов в шинелях и буденовках с красными звездами. Это был
знакомый лес, в районе Кемийоки где Илка охотился с дет-
ства, и лишь последние годы, он жил в Хельсинки большом
и красивом городе который теперь русские самолеты
ежедневно обстреливали и бомбили. Он уже воевал около
двух месяцев, похоронил много свои любимых друзей и был
