Сознание возвращалось медленно и ворвалось в мою голову
жуткой оглушающей болью. Я поднял голову и открыл гла-
за, на загнутом стволе ржавой пушки сидел черный ворон, и
смотрел на меня блестящим глазом. Не хотел бы я, чтобы
его огромный клюв терзал мое мертвое тело. Посланник
смерти — не сегодня дружок, не сегодня, — подумал я и
158
поднялся на дрожащих ногах, ворон недовольно гаркнул,
как будто скал что-то и, захлопав крыльями поднялся и уле-
тел. По виску текла кровь, пуля, видимо вскользь ударила,
оставив глубокую рваную рану, в горячке боя я видимо не
заметил, что ранен, я очень хотел выжить и я выжил. Может
быть завтра этот ворон будет питаться моим мертвым телом,
но не сегодня, не сейчас, сегодня я оставил воронам много
корма. Опираясь на карабин, я пошел к тому месту, где
оставил лошадь, на ходу, перевязывая голову бинтом. Маша
встретила меня тихим, радостным ржанием, ей было
грустно оставаться одной и несколько горстей овса из се-
дельной сумки совсем подняли ей настроение, она тыкалась
мне в лицо своими мягкими и колючими губами. Я с трудом
преодолевая дурноту взобрался в седло, очень хотелось
пить, тяжелая усталость сменила эйфорию боя, меня клони-
ло ко сну и я держался из последних сил. Маша качая голо-
вой везла меня знакомой дорогой, я чудом остался в живых,
