пространство в фотосфере вашей звезды. Семь корректирующих прыжков. Я думал, что у меня мозги вытекут через уши, а для Томми это первый полет.
– аТан сделал тебя безрассудным, – с легким удивлением заметила Лика. – Андрей! Проводи мальчика в комнаты для гостей, дай указания слугам. И пусть его осмотрит врач.
Киборг двинулся к Томми, и тот испуганно посмотрел на Дача.
– Иди, – кивнул Кей. – Не бойся.
Лика тихо засмеялась, сказала:
– Тебе тоже окажут помощь, за которой ты прилетел. Не волнуйся, нынче я могу многое.
– Боюсь, что даже многое будет для меня слишком малым.
3
Ночью Голубые Каньоны обретали облик сказочной страны. Псевдохрустальные друзы, гордость Горры, были здесь слишком бедными для промышленной переработки. Зато они выходили на поверхность скал, и каждая звезда в безоблачном небе дарила им искру своего света. Казалось, что вокруг раскинулся дремлющий город – причудливые темные силуэты зданий и неяркие огоньки зашторенных окон…
– Семья отхватила красивый уголок, – сказал Кей.
– Мы любим красоту, – согласилась Лика. – Ты не замерз? Включить экран?
– Не надо. На отмелях ночью бывало и холоднее… – Кей Дач нашел в темноте руку Сейкер, тихо спросил: – Видишь Шедар?
– Вижу, земляк.
Они лежали рядом, еще разгоряченные от любви, и мерцающие скалы вокруг спорили со звездным небом над ними. Площадка, на которой Сейкер устроила свою спальню, венчала одинокий утес, и Кей мимолетно вспомнил Кертиса с его «кабинетом» на вершине дома-иглы. – Ты не бывала там… после…
– Нет.
– Я был, однажды. Трое суток.
– Не надо, Кей, – попросила Лика.
– Океаны еще кипят, но на центральном архипелаге земля перестала гореть. На «Старшей Сестре» Империя поставила контрольный пост, пока автоматический. Ей меньше всего досталось.
– Зачем ты это говоришь, Кей?
– Я давно не видел наших.
– Зачем, Дач?!
Кей повернулся, вглядываясь в лицо, которому темнота вернула юность.
– Здесь есть системы наблюдения?
– Есть, но наплюй на них. Я Мать-Хранительница, Кей. Еще два года я буду вести Семью.
– Лика, помнишь нашу клятву?
Женщина молчала.
– Грязный трюм и нары до потолка, вонь, стакан воды в сутки, перехватчики сакрасов на хвосте…
– Я все помню!
– Ты хочешь забыть, Лика. – В голосе Кея полыхнул огонек ярости. – Твоя мать была с тобой, и счет в эндорианском банке не конфисковали. Приют на Альтосе достался мне. Ты росла в своем доме, ходила в школу и влюблялась в голубоглазых эндорианцев. Подарки к Рождеству и открытки в день рождения – спасибо!
– Кей! Мы пытались тебя выдернуть!
– Очень сильно пытались. Особенно…
– Не трогай мою мать. Она умерла три года назад. Отказалась от аТана… знала, откуда деньги.
– Прости. Но я ждал четыре года. Маленький мальчик, верящий в обещания взрослых.
– Не мучай меня, Кей, – прошептала Лика. – Ты ждал сорок лет, чтобы нанести визит, и все для того…
