– Я верю тебе, Дач.
Он повернулся к Лике.
– Дач, никогда и нигде ни один теолог не мог ответить на главный вопрос: почему Бог жесток. Если Вселенная создана сверхсилой, по определению доброй и созидательной, то почему в ней столько зла. То, что ты рассказал, отвечает на вопрос.
– Бог не жесток. Бог пассивен.
– Да. Усталый Бог, и человек из другого мира, мечтавший о такой Вселенной. Не спрашивай меня, кто он. Я не могу ответить. Он может быть мирным терранским обывателем… а мог уже умереть.
Дач покачал головой:
– Нет, Лика. Я не верю. Он жив.
– Тебе нужен враг.
– Да! Мне нужен тот, кто в ответе за все.
– Мы не знаем, каков был его мир, Кей. По сравнению с ним наша Вселенная может казаться раем. И мы, пройдя «Линией Грез», еще на шаг приблизимся к совершенству.
– Ты веришь в это, Лика? Ты правишь дном… дном нашего мира. Наркотики, проституция, заказные убийства, шпионаж и шантаж. Ты считаешь людей способными мечтать о благодати?
– Нет, они не верят в совершенство.
– Ты отпустишь меня, – не вопросительно, а утверждающе сказал Кей. – Но дай мне совет. Помоги.
– Грааль, Кей.
– Зачем?
– Томми – твой ключ к Богу. Вы сможете пройти путем Кертиса. Сверхсила не бывает избирательно щедрой, это не кредитная карточка.
– Ты думаешь, каждый следующий пророк отменяет волю предыдущего?
– Нет. Но сверхсила способна найти компромисс. Это последний шанс. Прекрати свою охоту за Греем – вряд ли его смерть изменит планы Кертиса. Не вздумай искать того, кто создал наш мир, – это безнадежно. Стань силой сам. Стань третьей силой.
– Если я вернусь, я расскажу тебе о Боге, – сказал Кей.
– Не стоит. Ты расскажешь лишь о себе. Мы не способны охватить пониманием сверхсилу. Каждый увидит лишь часть – свою часть. Кертис смог разглядеть машину, металл и пластик, закованный в железо горизонт. Он не понял, что увидел только себя.
– Если так… – Кей попытался усмехнуться, – если так, то мне будет нелегко.
– Тебе будет страшно, Дач.
7
Личный врач Императора Александр Зимин устало покачал головой:
– Я все-таки настаиваю, мой Император. Вы подверглись практически полному циклу психоломки. Последствия неизбежны.
– Я прекрасно себя чувствую. – Грей казался добродушным настолько, насколько это вообще было возможно. – Алекс, ценю твою заботу, но у мерзавцев был неверный план.
– Император, вы помните свое выступление в театре?
Грей поморщился.
– По крайней мере частично их план сработал. Не стоит рисковать.
– Алекс, насколько я помню, вы специалист в области вирусологии? – Тон Императора изменился.
– Да.
– Давайте оставим вам заботу о телесном здоровье, профилактику рака, а психику мою пусть оценивают психологи. – Грей поднялся с кушетки, потянулся за халатом. – Прервать Преклонение Ниц – немыслимо.
– Ваши психологи – трусливые подхалимы, – ровным голосом сказал Зимин. – Они предпочтут не замечать мелких нарушений, пока не станет слишком поздно. Необходимо комплексное обследование, отдых…
Грей задумчиво посмотрел на врача:
– Вы уже пятьдесят лет возглавляете мою медицинскую группу, Алекс. Прекрасно возглавляете.
