Темнота — хоть глаз выколи.
— Теперь ты готова выполнять мои желания?
— Конечно, — тихо сказала я. — Кайл…
Он опустился рядом. Я почти ничего не видела, но очень хорошо чувствовала руки, обнявшие меня. И губы, коснувшиеся шеи.
— Да, сладкая моя?
— Я просто хотела сказать…
А что, собственно, хотела? Поблагодарить за эту новую, волнующую и сказочную жизнь? Или признаться в том, что медленно влюбляюсь, хоть и давала себе слово как можно скорее избавиться от замужества?
Страшно было. Признаться в зависимости — не только материальной, но и эмоциональной, было страшно. А ну как Кайл наиграется через пару месяцев и заведет любовницу? И что, наслаждаться ролью формальной жены и вспоминать эти месяцы, когда было так хорошо с ним? Такие, как Кайл, не влюбляются в таких, как я. Они любят шикарных женщин. Тех, которые бесстрашно отправляются навстречу приключениям, или тех, которые с поразительным изяществом вращаются в высших кругах. Они ему подходят, они ему соответствуют.
— Сладкая, — протянул муж, — что ты хотела сказать?
— Ничего, — пробормотала я. — Просто я немного пьяная.
— Знаю, — довольно отозвался Кайл. — И более того, я совершенно сознательно напоил тебя.
— Зачем?
Как будто я сама не знала зачем. И как будто не хотела того же.
Медленно текло время, наполненное приятной дрожью. Темнота усиливала ощущения, звуки, запахи. И в какой-то момент я вдруг поняла, что очень хочу сказать этому человеку все, что чувствовала. Поделиться страхами, желаниями и, главное, — чувством, нетерпеливо дожидавшимся моего осознания.
Но сил хватило лишь на слабый шепот, когда Кайл уже спал. Слова звучали непривычно, будто бы неправильно. Но в то же время сладко, с надеждой. Вздохнув, я устроилась поудобнее. С легким жужжанием приоткрылась дверь, и светящаяся голова жука просунулась внутрь. Но тут же исчезла, и комната снова погрузилась во мрак.
На следующее утро я ныла.
— Ты обещал! — и доставала этим нытьем Кайла.
— Ну прости! Лэрнст попросил срочно прилететь.
— Что-то случилось?
Он заставил меня подняться в такую рань, что даже в административной пещере жуков не разбудили, и в срочном порядке вылетать из Подземного, на входе в который уже ждала Берр. Учитывая, что мы половину ночи не спали, я была очень зла. И позавтракать не дали, а я в последние месяцы привыкла это делать.
— Нет, но Лэрнст кое-что откопал относительно источника волнений. Он в драконьих горах, якобы на востоке, в удаленных поселениях. Кто там мутит воду, мы не знаем, но дракон он или маг, не важно. Важно, что кое-кто рассказал о том, что там творится. И я хочу взглянуть на этот рапорт. Потом объясню все подробнее, как сам разберусь. Так что, сладкая, потерпи пару часиков. В сумке бутерброды и горячий чай. Завтракай.
Завтракать во время полета по тоннелю — на этот раз вверх — никакого желания не было. Совсем. Поэтому я ограничилась лишь чаем и принялась размышлять на тему этого таинственного возмутителя спокойствия. Хорошо шифруется, гаденыш. Это ж какими мозгами надо обладать, чтобы дистанционно устроить такое? И какой силой?
Тоннель расширялся, что свидетельствовало о приближении выхода. Я вдруг вздрогнула. Сердце забилось быстро-быстро, тошнота подкатила к горлу. Как волнение перед ответственным экзаменом, только во сто крат хуже. Страх. Нет, паника, самая настоящая.
— Кайл! — Я вцепилась в руку мужа и тот удивленно ко мне повернулся.
— Что такое, сладкая? Тебе плохо?
Знала бы я. То есть плохо-то, конечно, было, но вот вызвано все это было какой-то болячкой или же чем-то иным…
