какая это была голосистая и красивая компания! Как я всех их любил тогда...
* * *
Вопрос: 3. В "Понедельнике" товарищ Хунта называет себя и Привалова "побрекито". Это каламбур намеренный или нечаянный? (Испанское слово читается побресито = бедняжка, "лопух").
Alex Nevski [email protected] Израиль - 04/27/00 00:27:53 MSD
Почему, собственно, каламбур? Мы именно это и имели в виду: "бедняжка", "блаженненький", "слабачок".
* * *
Вопрос: 4. Первая фраза "Понедельника" ("Я приближался к месту своего назначения") всегда казалась мне скрытой цитатой. Я прав? Если да, то откуда цитата?
Alex Nevski [email protected] Израиль - 04/27/00 00:28:51 MSD
Не только первая фраза, но и весь (насколько я помню) первый абзац есть слегка видоизмененный соответствующий первый абзац из "Капитанской дочки".
* * *
Вопрос: 5. Далее, через несколько строк, идет (цитирую по памяти) "большие камни я объезжал, маленькие пускал под колесо". Эта фраза почти дословно повторяется во всех цитатниках Председателя Мао как тактика продвижения к светлому будущему. Скрытая цитата? Если да, то кто кого процитировал?
Alex Nevski [email protected] Израиль - 04/27/00 00:30:05 MSD
Нет. Это, видимо, случайное совпадение. У нас просто описан единственно правильный способ проезда на автомобиле по сильно- каменистой дороге (каковых в Карелии 1961-го года было более, чем много).
* * *
Вопрос: 6. За все годы мне посчастливилось ДОСТАТЬ (архаичное советское слово) лишь один изданный художественный перевод Аркадия Натановича: "Сказание о Есицунэ" (М.: ХЛ, 1984). Были еще переводы отдельных рассказов Акутагавы, почти затерявшиеся среди работ "переводчиков-монументалистов". Были ли у Аркадия Натановича еще переводы художественной литературы с китайского, японского? Были ли они изданы?
Alex Nevski [email protected] Израиль - 04/27/00 00:38:57 MSD
АН считался (среди профессионалов) одним из лучших в СССР переводчиков с японского. К сожалению, я не люблю японской литературы и, боюсь, к этой стороне деятельности своего соавтора был недостаточно внимателен. Я думаю, БВИ способен дать гораздо более исчерпывающую информацию по этому поводу.
* * *
Вопрос: Уважаемый Борис Натанович, были у Вас и у Вашего брата разногласия в каких-то вопросах, проблемах. Или Вы всегда приходили к единственному согласию. Писали Вы о том, о чем другой не хотел писать? Существовали у Вас разные мнения?
Mike.Ramz [email protected] Россия - 04/27/00 21:41:46 MSD
Частных разногласий было более чем достаточно. Процентов на 50 (а может быть и на все 75) работа наша представляла собою перманентный (иногда яростный!) спор. Ведь обсуждению подлежала практически каждая фраза сочиняемого текста. К согласию (по частным вопросам) приходили всегда, без исключения. В тех редких случаях, когда разногласия "мирным путем" устранить не удавалось, бросался жребий, и проигравший безропотно (иногда, впрочем, и с проклятьями тоже) склонял голову под Рукой Судьбы. Было несколько случаев, когда один из авторов выступал категорическим противником очередного предлагаемого сюжета. В этих случаях работа откладывалась, иногда надолго, на годы. Было даже три случая, когда АНу так и не удалось убедить БНа, что настала пора работать над сюжетом, - и АН писал этот сюжет сам. Так появились известные повести С.Ярославцева.
* * *
Вопрос: Борис Натанович! 1. Регулярно перечитывая "За миллиард лет...", каждый раз не могу отделаться от ощущения, что эта вещь не является "плодом чистой фантазии", а имеет какую-то скрытую(ые) предисторию из реальной жизни. По крайней мере, натыкаясь в различных источниках на описание ситуаций, удивительно напоминающих изложенное в повести, постепенно понял, что перестаю относиться к ней, как к фантастическому произведению. Что Вы можете сказать по этому поводу?
Николай [email protected] С.-Петербург, Россия - 04/27/00 21:47:04 MSD
Многие из читателей утверждали, что события, описанные в зМЛдКС, происходили именно с ними, и приводили соответствующие примеры. Совпадение - случайное. Однако же, видимо, это типичная ситуация, когда человеку не дают делать его дело самые разнообразные привходящие обстоятельства, зачастую на вид просто-таки фантастические. Эмоционально, повесть эта была реакцией авторов на жесткий и крайне неприятный контакт с КГБ, имевший место в середине 1974 года.
