Михаил Капустин [email protected] Москва, Россия - 07/09/00 13:34:50 MSD
Ваше второе предположение близко к истине: они становились верными и вечными жертвами клопов.
* * *
Вопрос: Здравствуйте, Борис Натанович! Кажется, в "Стране Багровых Туч" вы упомянули происшествие, после которого женщин перестали брать в экипажи космических кораблей. Не могли бы вы рассказать поподробнее, что это было за происшествие. Miu Israel - 07/11/00 17:44:18 MSD Совершенно не помню, где и почему это было у нас написано. И если мы даже имели в виду какой-то (выдуманный) конкретный случай, то сейчас я уже совсем ничего об этом не помню.
* * *
Вопрос: Уважаемый Борис Натанович! Написание каждого произведения можно грубо сравнить с разыгрыванием шахматной партии. Писатель, сидящий перед чистым листом бумаги и шахматист, собирающийся сделать первый ход, в чем-то схожи. Процесс создания литературного произведения, так же, как и шахматной партии, подчинены, я думаю, общим логическим принципам. Подготовка, развитие сюжета (дебют), кульминация (миттельшпиль), и наконец развязка (эндшпиль). Методы, используемые писателем и шахматистом, тоже можно назвать идентичными: шахматист, предпочитающий комбинационную игру (писатель, лихо закручивающий сюжет), или же игрок, любитель медленного позиционного маневрирования, напоминает автора, монотонно и скучно развивающего действие и т.д. Параллелей и похожестей при желании можно найти массу. Творчество шахматиста в большей мере подвластно каким-то определенным штампам, методам, приемам и может быть схематизировано и систематизировано и разложено по полочкам. Согласитесь, ведь можно стать добротным шахматистом, не имея особого таланта и не внеся ничего нового, лишь опираясь на то, что было уже открыто ранее.
Сергей Пугачев [email protected] Muelheim a.d.Ruhr, Deutschland - 07/11/00 17:50:55 MSD
На мой взгляд, любое творчество (в самом широком смысле этого слова) состоит из перебора вариантов, каковой перебор базируется на не вполне алгоритмизируемой (и зачастую совсем не определенной) стратегии. При этом самую главную и совсем уже сознанием не контролируемую роль играет эвристический элемент - он же "принцип высасывания из пальца", "взятия с потолка" и т. д. В этом смысле никакой фундаментальной разницы между игрой в шахматы, доказательством математической теоремы или написанием романа не существует. Разница в деталях.
* * *
Вопрос: Мой первый вопрос: Насколько сильно творчество писателя подвержено вышеперечисленным, возможно и надуманными мною, законам, и как следствие, может быть спланировано и предсказуемо?
Сергей Пугачев [email protected] Muelheim a.d.Ruhr, Deutschland - 07/11/00 17:52:43 MSD
Поскольку, как известно, "дьявол - всегда в деталях", (и именно по этой причине) процесс написания романа (мне кажется) совершенно не переводим на язык шахматиста-профессионала. Я не способен провести сколько-нибудь последовательный и детальный сравнительный анализ - я никогда не поднимался в шахматах выше четвертой категории, - но как писатель-профессионал свидетельствую: сочинение прозы можно спланировать и в какой-то мере можно предсказать конечный результат спланированной работы, но вероятность "ошибки", вероятность отклонения от плана весьма велика. Правда, - в отличие от шахмат, я подозреваю, - такое отклонение означает для писателя (как правило) не поражение, а как раз - успех. Причем, чем сильнее ты отклонился от заранее задуманного плана, тем ярче и радостнее успех. Самые любимые вещи АБС родились, как сильнейшее, на 100 градусов, отклонение от задуманного плана.
* * *
Вопрос: И второй вопрос: Каково Ваше отношение к плагиату, не к явному, грубому, а мягкому, с легкой, например, схожестью сюжетных линий, с типажом героев и т.д. И почему существует такое известное, уже заранее негативное мнение о писателях, якобы повторяющих что-то ранее уже написанное. Ведь никто не требует публичного сожжения того же шахматиста, когда в его игре находят параллели с игрой мастеров. Наоборот, это ставится ему в заслугу, приветствуется и поощряется. Ведь повторить великого не так просто и даже как-то приближает.
Сергей Пугачев [email protected] Muelheim a.d.Ruhr, Deutschland - 07/11/00 17:53:41 MSD
Вы так формулируете вопрос, что говорить уже следует, наверное, не о плагиате, а о "подражании", "следовании канонам", "творческом использовании стилистических приемов" и т.д. Тут масса градаций, причем в большинстве случаев ничего дурного не происходит. Особенно если речь идет о писателе молодом и о первых его опусах. В конце концов, великий Гоголь подражал каким-то бледным немецким романтикам, Хемингуэй - ныне забытой Гертруде Стайн, а первые рассказы Уэллса - калька с Жюля Верна. У настоящего писателя это обязательно проходит со временем и никогда более не возвращается. Поэтому я определил бы собственно плагиат, как буквальное переписывание чужого текста. Все прочее - вполне простительно, а зачастую даже - полезно.
* * *
Вопрос: Здравствуйте, Борис Натанович! В ответе на вопрос Орлова Михаила Вы сказали, что "...Человека Воспитанного, и именно поэтому он всегда предпочтет реальный мир виртуальному". Я про себя согласился с ходом Ваших рассуждений, но буквально через пару часов
