— Скажи, где особенно болит. — Попросила девушка, надеясь узнать, где еще осталась не вымытая соль.
Дэймос, не отпуская ее руку, подтянул ладонь к себе. Миша следила за тем, как он опускает ее ладонь себе на грудь, после чего тянет вниз. Ощущая под пальцами его разгоряченную влажную кожу, Михаэль напряженно смотрела, как ее рука уже соскользнула с груди на живот, как проходит по рельефному прессу, сползая еще ниже. Дракон накрыл руку девушки своей, опуская ее ладонь на свой напряженный пах.
Глаза Миши расширились. Дернувшись, она лишь почувствовала, как рука мужчины сильнее сжимает ее ладонь, заставляя чувствовать эту большую, напряженную штуковину в его штанах.
— Дракон, ты… ты что… себе позволяешь?! — Прошипела Михаэль, поднимая на него свой шокированный взгляд.
— Какой вопрос, такой ответ. — Улыбнулся Дэймос слабо. — Мне чертовски больно хотеть тебя.
Растерявшись от такого заявления, девушка сглотнула, не зная как себя вести.
Встать. Закричать. Проорать ему в лицо о том, что он совсем охамел. Что это был предел ее терпения. Чтобы катился ко всем чертям. Что она лишает его крови уже на месяц и что ничуть не расстроиться, если он подохнет за это время. Что он грязный извращенец. Что он может делать это со своими шлюхами, а к ней не смеет даже прикасаться. Что у него не получиться соблазнить ее. Что она сейчас влепит ему по его наглому лицу и сама вырежет что-нибудь на груди.
Но почему-то она просто застыла, молча смотря в эти потемневшие алые глаза и пытаясь найти название тому чувству, которое так внезапно родилось в ее душе. Она вновь чувствовала свое сердце. Почему-то рядом с Драконом она не могла забыть о существовании этого органа, которое и теперь громко давало о себе знать.
— Знаешь, Дракон. — Проговорила она тихо в итоге. — Подобный прецедент уже имел место. Парень в итоге остался без глаза.
— Мне нужно знать его имя. А еще причину, по которой он все еще жив.
— Я сказала это к тому, что еще немного и то же самое может случиться с тобой.
— Пожалуйста. — Протянул Дэймос тихо. — Делай что хочешь. Завтра. А сейчас останься со мной.
Как будто у нее был выбор. Эта рука, которая сжимала ее ладонь, разместившуюся на таком пикантном месте, не собиралась ее отпускать.
— Сколько раз ты перемещался за сегодняшний день? — Она задала этот вопрос только для того, чтобы ответ заставил ее капитулировать.
— Я сбился со счета после пятидесяти.
Девушка шумно вздохнула.
Он изможденный. Она виноватая. Железные причины.
— Мечтать не вредно, Эрион. — Пробормотала Михаэль, наклоняясь ближе к мужчине. — Но сегодня ты получишь только кровь.
Она буквально слышала, как зазвенела ее душа, когда увидела промелькнувший в ярких глазах хищный блеск.
Мужчина убрал свой руку с ее ладони, обхватывая женский подбородок, приближая ее лицо к себе. Он не хотел спрашивать разрешения. Она не будет против, так зачем портить момент формальностями? Прижавшись к мягким губам, он с удовольствием заметил, что она сразу начинает ему отвечать.
Через минуту решив, что такая поза совершенно не удобна, Дэймос быстрым движением посадил девушку на колени к себе лицом.
От неожиданности Миша резко выдохнула, обхватывая его плечи руками. Чувствуя кожей его горячее прерывистое дыхание, она думала лишь о том, что всего каких-то пару месяцев назад подобное входило в разряд невозможного. Такое положение их тел, когда ее пальцы впиваются в напряженные плечи, когда чужое горячее дыхание обжигает ее шею, когда уверенные теплые руки ползут по ее спине, все ниже, чтобы потом резко притянуть еще ближе к мужскому телу.
И у нее не возникало мысли оттолкнуть его, даже когда одна из рук скользнула под рубашку, стягивая бинты, чтобы в следующий момент обвести большим пальцем ореол соска. И эти его неторопливые, почти ленивые движения так ярко противопоставлялись нетерпеливым жадным поцелуям.
— Почему ты не берешь мою кровь? — Прошептала Михаэль, когда страх перед неизвестными ей чувствами притупил наслаждение.
Этот вопрос заставил его замереть.
— Тебе будет больно. — Проговорил Дэймос в итоге.
— Я знаю это лучше тебя, Дракон.
— Тогда почему?
— Потому что… я не люблю тебя. — Ее принципы могли показаться ему смешными.
Но все что сделал мужчина — прикоснулся губами к ее уху прошептав простую правду, от которой по телу прошла дрожь:
