— Дракон. — Он быстро повернулся на этот голос, смотря на то, как госпожа медленно качает головой. — Не обижай ее.
Он проследил ее взгляд, обращенный к девушке за его спиной. Низкая, болезненно худая. Ее хрупкая фигура была облачена в полупрозрачное платье, которое доставало до пят. Ткань не скрывала ни развилку ее бедер, ни молодую грудь. На ее оголенные плечи падали длинные блондинистые пряди, которые завивались на концах в колечки. На ярко накрашенных губах играла соблазнительная, но такая фальшивая улыбка.
— Как тебя зовут? — Поинтересовалась Михаэль, смотря на проститутку.
— Лили. — Ответила та, покручивая пальцем свой локон. — Позволите мне помочь вам развеяться?
— Садись. — Кивнула Миша, указывая в сторону Дракона, который кинул в сторону своей госпожи недоуменный взгляд.
Девушка скользнула к нему на колени, обвивая его шею своей рукой. В нос ударил запах дешевого мыла, пудры и старых духов. А еще мужчины. Она явно недавно была с кем-то.
Михаэль протянула ей золотую монету, которую Лили охотно приняла, обрадованная тем, что ей попались богатые клиенты.
— Ты красивая. — Проговорила тихо Михаэль, подпирая голову рукой.
— Ты тоже, милый. — Кажется, путана немного растерялась от того, что ее будут использовать не сразу по назначению, а для разговора по душам. Но за деньги она могла бы этому парню и исповедоваться. — Я первый раз вижу кого-то вроде тебя в таком месте. Пойми меня правильно, ты слишком… лощеный для этого места. — Произнесла девушка, перебирая черные пряди волос Дэймоса, который это терпел. Именно терпел, всем своим видом это показывая. — Ты ведь из верхов?
— Я из самых низов, Лили. — Ответила Миша, покручивая стакан, гоняя каплю по дну. — А из них довольно трудно подняться. Особенно, когда завяз там по колено.
— То как ты говоришь — еще одно доказательство твоего, что ты в эту дыру забрел случайно Как мне называть тебя?
— Михаэль… это имя я слышу слишком редко. В основном, ко мне обращаются «господин». — Проговорила Миша, слыша недовольное рычание Дэймоса.
— Какое мелодичное и нежное. Оно звучит ласково и в то же время довольно величественно. — Проговорила задумчиво Лили, с удивлением отмечая, что ей уже начинает нравиться этот разговор… и еще тело мужчины, у которого она сидела на коленях. — Мне кажется, это имя тебе очень подходит. Твоя внешность… очень необычная. Я никогда не видела подобного сочетания цветов: белые волосы и синие глаза.
— Я родился зимой. — Ответила ей Миша, проводя пальцем по бутылке.
— Но ты не единственный кто родился зимой. Не все же ходят с белыми волосами. — Рассмеялась Лили.
— Не все. — Кивнула Михаэль, смотря на нее с внезапно накатившейся серьезностью. — Все-таки зимой очень много новорожденных умирает. Зимой вместе с воем вьюги слышен стон матерей, которые оплакивают своих мертвых младенцев. Я родился зимой. Белой и беспощадной, когда льды были синими, как губы мертвеца. И зима отметила меня.
— Необычно. — Прошептала шлюха, наклоняясь чуть вперед. — Неужели лед твоей души никто не сможет растопить?
— Холод — это покой, Лили. Огонь — беспокойное горение, тление, умирание. Пламя вечно только в аду.
— Но зимой очень хочется тепла. Разве нет?
— Вино меня греет лучше всего.
— Вино не может быть лучше тепла женского тела. — Прошептала зазывно Лили, поведя плечом.
— Женское тепло изменчиво. — Усмехнулся ее собеседник. — Оно не постоянно. Сейчас тут, потом там.
— Боги, ты такой печальный. Я даже начинаю думать, что у тебя проблемы с какой-то конкретной женщиной.
Синеглазый гость непонятно улыбнулся.
— У меня никогда не было проблем с женщинами, Лили. И предвосхищая твой вопрос: у меня не было проблем с женщинами, потому что у меня не было женщин.
Лили приоткрыла губы, тихо удивленно выдыхая.
Парень девственник? Какая редкость. Какая невинность и красота, какая чистота. Идеальная, не тронутая и не прельщенная. Она просто обязана стать у него первой, той кто покажет ему путь в рай. Он так рассуждает, потому что еще не знает, чего себя лишает.
— Ты отталкивал их, избегал? — Поинтересовалась она как бы ненавязчиво.
— Нет. Я… не в их вкусе.
— А если я скажу, что ты в моем вкусе? — Тогда я тебя поправлю и скажу, что тебе по вкусу мои деньги. — Улыбнулся парень, а в глазах полыхнули грани льда.
— Честно. Ты задел меня за живое. Я многих клиентов повидала, такого как ты — впервые. И то, что ты вызываешь простыми словами…
— Скажи, Лили, что ты предпочитаешь, лед или огонь? — Спросил парень неожиданно, откидываясь на спинку стула.
— Я не люблю крайности.
