в последнюю минуту. Считай меня твоей должницей.
— Непременно. В следующий раз, когда мне для ужина потребуется персона категории А…
— Я приму приглашение.
Четвертым приехал Герхард Утрех, представитель четвертого поколения семьи Браунт, основавшей Демократическую Республику Новой Германии. Став адвокатом, он устранился от управления семейными финансами и некоторое время работал в юридическом ведомстве планеты. Несколько десятков лет назад он стал сенатором Содружества от ДРНГ. Одно время он состоял в браке с представительницей семейства Бурнелли, они произвели на свет двух отпрысков, родившихся искусственным путем. Джастина не считала его значительной фигурой, но Герхард мог стать хорошим союзником.
Она пригласила еще и Ларри Фредерика Халгарта, представителя третьего поколения династии. Он привез с собой Рафаэля Колумбия, ставшего неизбежным дополнением к остальным гостям. Уже после получения приглашения Ларри настоял на том, чтобы привезти и Наташу Керсли, тоже прибывшую в его лимузине. Джастина, отыскав ее имя в базе данных Бурнелли, слегка побледнела. Наташа не была членом именитой семьи. И о специальном наблюдательном научном совете, исполнительным директором которого являлась Наташа, она тоже до сих пор не слышала. А Ларри сказал только, что она «руководит теоретическими исследованиями оружия. Чужеземного оружия».
Сбор гостей завершился прибытием еще двух сенаторов. Сначала приехал Криспин Голдрич, чье положение в бюджетной комиссии Содружества позволяло оказывать значительное влияние на подготовку межзвездных полетов и весь проект в целом. В досье Джастины он числился как умеренный скептик.
И наконец, Рамон ДБ, сенатор от Буты, хотя, как ни странно, не принадлежавший к клану Мандела, основавшему этот мир Большой Дюжины. Он был лидером Африканской группы в сенате, и это обеспечивало ему значительный политический вес. Кроме того, в течение двенадцати лет он был мужем Джа стины, хоть это и было восемьдесят лет назад.
— Ты меня еще помнишь? — с напускной скромностью спросила она, как только Рамон выбрался из машины.
В ответ он заключил ее в крепкие объятия.
— Черт побери, как ты соблазнительна в этом возрасте, — ласково проворчал он. Потом он отстранился на расстояние вытянутой руки и оглядел Джастину с головы до ног. В его глазах мелькнуло сожаление. — Не могли бы мы снова пожениться?
Настала ее очередь окинуть его взглядом. Традиционное одеяние из полуорганического волокна радужной расцветки не переставало развеваться, словно от легкого ветерка. Но даже это не могло скрыть выступающего животика. Его фактический возраст приближался к шестидесяти, и на висках появились седые волосы. Иссиня-черные линии ОС-татуировок на щеках то проявлялись, то исчезали.
— Какой вес скрывается под этим роскошным костюмом? — спросила она.
Он молитвенно сложил перед собой ладони и поднял глаза к небу.
— Бывшая жена остается женой навсегда. Я держу себя в форме.
— В какой форме? Пляжного мяча? Рамми, ты же знаешь, что из-за лишнего веса у тебя могут возникнуть проблемы с сердцем.
— Сенаторам поневоле приходится ежедневно поглощать огромные порции пищи. Как я понимаю, сегодня вечером тоже предстоит ужин из восьми перемен.
— Тебе это противопоказано. Я поговорю с шеф-поваром о твоей диете на весь уик-энд. Не хотелось бы навещать тебя в клинике после оживления, Рамми.
— Ладно, уймись, женщина. Я скоро пройду процедуру омоложения. И все наладится. Перестань беспокоиться.
— Неужели они до сих пор не подобрали для тебя подходящий режим?
Он раздраженно взмахнул своей тростью с конским хвостом на верхушке.
— У меня редкие гены. Врачам трудно изолировать проблему и скорректировать работу организма.
— Тогда пусть рассмотрят возможность внедрения нового сердца. Это же так просто.
— Я такой, какой есть. И ты это знаешь. Я не хочу получить чужое сердце.
Она набрала воздуха для печального вздоха, но, прежде чем успела выдохнуть, его толстый указательный палец уперся ей снизу в подбородок.
— Не ворчи на меня, Джастина. Я так рад снова тебя видеть. Жизнь сенатора не так хороша, как кажется со стороны. Я надеюсь, в этот уик-энд мы сможем хоть немного побыть вместе.
— Обязательно. — Она похлопала его по руке. — Я все равно хотела поговорить с тобой об Эбби.
— Что еще случилось с нашим праправнуком?
— Поговорим позже. — Ее виртуальный взгляд скользнул к часам. — До начала приема я должна проверить, как там папа и Томпсон.
— Твой отец здесь?
Рамону внезапно расхотелось заходить в дом.
— Да. — Она облизнула губы, скрывая усмешку. — Это проблема?
— Тебе ведь известно, что он всегда меня недолюбливал.
