компьютера.
Она слегка нахмурилась, но ей захотелось ему подыграть. Она запустила несколько стандартных контрольных программ. Дэниел увидел, как она щурится на экран, едва не протянув руку туда, где мог бы стоять настольный дисплей, чтобы еще раз проверить количество цифр в числе «флопов»[57] подсчитывая их пальцем. Их оказалось гораздо больше, чем она ожидала, но все же не вдвое.
— Поразительно, — сказала она. — Неужели все здание набито процессорами, объединенными в сеть, а для людей остался лишь пентхаус?
— Вот вы и скажите. Это процессорный кластер?
— Гмм-м-м… — Вот и верь обещаниям не заставлять ее прыгать сквозь обручи, но на деле задачка не очень-то сложная. Она запустила несколько других контрольных программ, основанных на алгоритмах, которые невозможно выполнять параллельно. И каким бы умным ни был компилятор, эти программы заставляли компьютер пошагово выполнять строго последовательные действия.
Количество «флопов» не изменилось.
— Ладно, это один процессор, — признала Джули. — Теперь вы меня точно заинтриговали. Где он находится?
— Переверните клавиатуру.
Она увидела угольно-серый модуль — пятисантиметровый квадрат толщиной пять миллиметров, вставленный в разъем в клавиатуре. Джули осмотрела его, но не увидела ни логотипа производителя, ни других опознавательных отметок.
— Эта штуковина подключается к процессору? — спросила она.
— Нет. Это и есть процессор.
— Да вы шутите. — Она вытянула модуль из разъема, и настенный экран погас. Джули поднесла модуль к глазам и повертела. Дэниел не понял, что она ищет. Наверное, место, куда можно вставить отвертку и разобрать модуль.
— Если вы его сломаете, он станет вашим, — предупредил Дэниел, — поэтому надеюсь, что у вас есть несколько лишних сотен.
— Несколько сотен тысяч? Вряд ли.
— Несколько сотен миллионов.
Она покраснела:
— Ну, конечно. Если бы он стоил несколько сотен тысяч, то имелся бы у каждого. — Она положила процессор на стол, и, словно спохватившись, чуть отодвинула его от края. — Как я уже говорила, вы меня заинтриговали.
Дэниел улыбнулся:
— А вы меня извините за этот спектакль.
— Нет-нет, такое заслуживает чуточку театральности. Так что же это?
— Одиночный трехмерный фотонный кристалл. Никакой электроники, замедляющей работу, абсолютно все компоненты процессора оптические. Его архитектура создана с помощью нанотехнологий, которые я предпочел бы не описывать подробно.
— Вполне справедливо. — Она ненадолго задумалась. — Полагаю, вы не ожидаете, что я куплю такой процессор. Бюджета моих исследований на ближайшую тысячу лет едва ли хватит.
— На вашей нынешней должности. Но вы не прикованы к университету цепями.
— Так это собеседование перед приемом на работу?
Дэниел кивнул.
Джули не смогла удержаться, она взяла кристалл и снова его рассмотрела, словно у него была какая-то особенность, различимая человеческим глазом.
— Можете описать мне предлагаемую работу?
— Акушерка.
Она рассмеялась:
— Чего?
— Истории.
Ее улыбка медленно угасла.
— Я считаю, что в вашем поколении вы лучший специалист по искусственным интеллектам, — сказал он. — И хочу, чтобы вы работали на меня. — Он протянул руку и взял у нее кристалл. — Только представьте, что вы сможете сделать, имея такую вычислительную платформу.
— Но что конкретно вы от меня хотите? — спросила Джули.
— Вот уже пятнадцать лет вы заявляете, что конечной целью ваших исследований является создание обладающего сознанием искина человеческого уровня.
— Правильно.
