сделал глоток.
— Ты давно работаешь в Департаменте, Макс?
«Дольше тебя», — подумал тот. Он был рядом с Дрожиным, когда старик решил создать Департамент. Вместе они разработали для Макса легенду, и он поступил на службу в новое учреждение в качестве «крота».
— С самого начала. Это было моим первым назначением, когда я пришел на военную службу.
— И моим тоже. — Мэллоув постучал по стеклу. — Обвинения в измене смехотворны, Макс. Я уверен, Дрожин приказал арестовать тебя потому, что ты одна из ключевых фигур в Департаменте.
Вот именно: почему люди Дрожина схватили его, как только корабль сел? Макс все еще пытался разгадать эту загадку — официальные обвинения, выдвинутые капитаном, разумеется, были не в счет. Он был узником одного босса, теперь стал узником другого. Что там в Библии сказано насчет служения двум господам?[65]
Он позвенел наручниками.
— Если обвинения настолько смехотворны, может быть, стоит все-таки снять это?
И снова Мэллоув проигнорировал его просьбу.
— Поговорим откровенно. Дрожин стар, болен, он скоро умрет. Ему остались считанные дни. Без него в разведке наступит хаос.
«А его люди, вроде меня, — подумал Макс, — уже, можно сказать, покойники».
Мэллоув взялся за пистолет. Макс напрягся, ожидая выстрела.
Но Мэллоув, не обращая на него внимания, развернулся в кресле и прицелился из пистолета куда-то в окно.
— Дело вот в чем: как только старик умрет, разведке конец. Дрожин так и не подготовил себе замену. Значит, когда он отправится на тот свет, начнется борьба за власть.
Это уже походило на правду, и даже более того.
— Вы думаете, что это будет физическая борьба?
Мэллоув сделал вид, что стреляет из окна по идущим по улице людям, словно хотел этой самой физической борьбы.
— Солдат на улицах не будет, — ответил он. — Эти времена давно прошли. Да, многие потеряют доверие, многих уволят, высшие офицеры сядут в тюрьму. Но если я окружу себя достаточным числом верных людей, власть мне обеспечена.
Что означает катастрофу для планеты и крах всех попыток сделать ее лучше.
— Вы считаете, что в Департаменте есть предатель?
— Уверен в этом, их по крайней мере два. — Мэллоув развернулся на сто восемьдесят градусов, направив оружие на Макса.
На этот раз арестованный не подпрыгнул. Мэллоув помедлил мгновение, затем положил пистолет. Металл громко звякнул о кусок цветного стекла из витража, изображавшего убиение святого Порлука.
Мэллоув негромко хмыкнул.
— «Сэр, если вы хотите, чтобы я стал предателем, я им стану». Вот это преданность! Дрожин такого от своих людей не дождется. — Он нажал на кнопку интеркома. — Анатолий, принесите ключи.
У Макса вырвался вздох облегчения. В первый раз ему пришло в голову, что, он, возможно, выйдет отсюда живым.
Дверь бесшумно отворилась. Вошедший секретарь снял с Макса наручники. Анатолий был офицером современным, образованным, из тех, что создают планы кампаний не на картах, а в компьютерах. Взгляд его задержался на столе, на пистолете, освещенном лампочками под витражом «Разрушение Храма»,[66] и на пальце Мэллоува, с нарочитой небрежностью лежавшем на спусковом крючке.
Макс принялся растирать ноющие запястья, размышляя, какая часть этого представления предназначалась для него, а какая — для Анатолия. У Мэллоува каждое движение и слово было рассчитано.
— Что-нибудь еще, сэр? — спросил Анатолий.
— Мы еще не все обсудили, кое-что пока находится в подвешенном состоянии — как движущиеся мишени, — Мэллоув издал похожий на лай смешок и взмахнул оружием. — Закажите столик на троих в «Соляных Столпах».[67] В той кабинке, что напротив входа.
Со словами «есть, сэр» Анатолий сунул руку в карман за телефоном.
При мысли об обеде в «Соляных Столпах» у Макса потекли слюнки. В последний раз он ел там медальоны из баранины с кускусом[68] и шафраном — это было несколько лет назад, и с тех пор он не пробовал ничего подобного. Они были там с Мередит, отмечали годовщину свадьбы…
Он отбросил эти мысли. Его жизнь была строго поделена на фрагменты, и фрагменты эти были отгорожены друг от друга непроницаемыми переборками. Сейчас не время открывать двери.
Мэллоув закрыл бутылку и убрал ее в ящик вместе с пистолетом. Вторая рюмка, предназначавшаяся для Макса, осталась забытой на столе.
— Я хочу, чтобы ты помог мне в поисках предателя, Макс, — заявил Мэллоув. — Нужно выявить дрожинских кротов.
