обычные люди. Еще нет года, а он выглядит, как пятилетний. И сейчас растет еще быстрее.
Рыдания Дженнифер стихали. Пол подошел к скамье, на которой она сидела, и сел рядом. После долгих колебаний, он взял ее руку и поднес к губам.
А потом сказал:
— Я не знаю никого, кто был бы красивее и лучше тебя, Джен. И каждая рана, которую я наношу тебе, в сто крат болезненнее отзывается в моей собственной душе, поверь. Я своей судьбы не выбирал, став таким, какой я есть. Я даже не очень уверен, что сам понимаю, какой я есть.
Он не смотрел на нее, но чувствовал, что она его слушает, а потому продолжал:
— Ты плакала от страха, опасаясь, что могла нечаянно выпустить на волю Зло. Я скажу лишь, что этого мы пока узнать все равно не можем. Зато вполне возможно, что Дариен станет нашей последней надеждой. И давайте все-таки помнить… — он поднял глаза и увидел, что Джаэль тоже подошла совсем близко, — … давайте помнить все трое, что Ким в пророческом сне открылось его имя, так что свое конкретное место у него в этой жизни есть. На Гобелене, созданном Великим Ткачом.
Дженнифер больше не плакала. И руку свою у него не отнимала. А вскоре подняла на него глаза, но обратилась к Джаэль:
— Объясни мне, а как ты отсюда за ним следишь? Жрица, казалось, была застигнута врасплох.
— Лила, — только и сказала она.
— Та девочка? — спросил Пол, догадываясь, но не совсем уверенный. — Та самая, что тогда нас подслушивала?
Джаэль молча кивнула. Потом подошла к лежавшей на боку арфе и тронула одну за другой две струны. Еще немного помолчав, она пояснила:
— Лила каким-то образом настроена на своего названого брата. Как в точности это происходит, я не понимаю, но она ВИДИТ Финна, а он почти всегда неразлучен с Дариеном. Кроме того, мои жрицы раз в неделю доставляют им все необходимое. У Пола от ужаса пересохло в горле:
— А что, если на них там нападут? Разве его не могут просто забрать и увезти?
— А с какой стати на них там будут нападать? — ответила ему вопросом на вопрос Джаэль, снова слегка трогая струны арфы. — На мать с двумя детьми? Да и откуда кому известно, что они там?
Нет, это просто какая-то фантастическая беспечность!
— А волки? — упорствовал он. — Волки Галадана? Джаэль покачала головой.
— Их там не бывает, — сказала она. — И никогда не было. Это озеро охраняет от них некая сила.
— Какая сила? — спросил он.
— Не знаю. Правда, не знаю. Никто в Гуин Истрат этого не знает.
— А вот Ким знает, я уверена, — сказала Дженнифер.
Они довольно долго молчали, слушая, как Джаэль тихонько перебирает струны арфы. Ноты падали невпопад, точно играл ребенок.
Вскоре в дверь постучали.
— Войдите! — крикнул Пол.
Дверь отворилась, и на пороге возник Брендель.
— Я услышал музыку, — сказал он. — Я искал вас. — Он смотрел только на Дженнифер. — Во дворец только что кое-кто прибыл. По-моему, вам следует пойти. — Больше он ничего не прибавил. Глаза его были темны.
Все трое дружно встали. Дженнифер вытерла мокрое от слез лицо; откинула назад волосы и распрямила плечи. Она выглядела сейчас, как настоящая королева — так, во всяком случае, показалось Полу. Дженнифер первая пошла к двери, и они с Джаэль последовали за нею. Последним из комнаты вышел Брендель и закрыл за собою дверь.
Ким чувствовала раздражение и страх. Они решили привести Артура к Айлерону с самого утра, но затем Брок обнаружил в снегу замерзшее тело Зервана. И прежде чем они успели что-то предпринять — не говоря уж о том, что все были искренне опечалены этой внезапной смертью, — как узнали о внезапном прибытии в Парас Дерваль Шальхассана, из-за чего все во дворце буквально сбились с ног. В городе тоже царила суматоха.
Впрочем, лихорадочное настроение толпы находилось под неусыпным контролем — Лорин, Мэтт и мрачный Брок тоже поспешили на площадь перед дворцовыми воротами. Ким и Артур, оставшись в покоях мага одни, поднялись наверх и стали наблюдать из окна второго этажа за приготовлениями к встрече Шальхассана. Было совершенно ясно — как на непросвещенный взгляд Ким, так и на весьма опытный Артура, — что весь тот хаос, что царит внизу, на самом деле управляется чьей-то властной рукой. Она заметила немало знакомых людей, несколько раз пробежавших или проехавших мимо: Горласа, Колла, Брока. Кевин на полном скаку завернул за угол, держа в руках какое-то боевое знамя; где-то в толпе даже мелькнул Брендель, светлый альв, которого уж точно нельзя было ни с кем перепутать. Она указывала на них человеку, стоявшему с нею рядом, и называла их имена, стараясь говорить ровным и бесстрастным голосом.
Что оказалось, впрочем, весьма сложно. Хотя бы потому, что она понятия не имела, чего ожидать, когда прибывшая из Катала армия была с должными почестями встречена и принята и настала пора вести Артура Пендрагона к Айлерону, Верховному правителю Бреннина. Она ждала три сезона —
