— С этим проблем нет, — улыбнулся Хейграст. — И хотя на равнине среди охотников-людей не принято сбривать бороды, купцы охотно покупают лезвия. Говорят, что на юге бреют головы.
— Голову я брить не буду, — усмехнулся Сашка. — А вот от зеркала бы не отказался. И еще от чего-нибудь, чем пользуются на юге, чтобы смочить голову перед бритьем.
— Зеркало найду, а насчет бритья головы не помогу, — спрятал улыбку Хейграст. — Сам на юге не был, а нари головы не бреют. Так что придется ждать купцов, чтобы расспросить их хорошенько. А в Эйд-Мере для бритья лица используется вода и мыло. Или в твоем мире мыло неизвестно?
— Это зависит от того, что ты называешь мылом.
Мылом Хейграст называл тягучую массу, напоминающую густой гель с всыпанными туда растительными волокнами. Жидкость почти не пенилась, но освежала кожу и отлично удаляла грязь. Вскоре Сашка, Лукус, Дан, Хейграст, четверо его детей и жена собрались за столом на втором — жилом — этаже дома. В доме ходили в матерчатой обуви, больше напоминающей толстые носки с завязками вместо резинок. Сашка блаженно вытянул ноги и украдкой разглядывал Смеглу, жену Хейграста, удивляясь ее изяществу и непривычной, но безусловной красоте. Она и Хейграст накрывали стол вместе с детьми. Впрочем, Хранд то и дело отзывался на звук трещотки и бежал в лавку, не оставляемую вниманием посетителей и в позднее время. Хейграст строго призывал его не суетиться, стараясь не показывать гордость за сына, и представлял остальных детей. Десятилетний Бодди принес большое блюдо с овощами. Семилетний Антр притащил стопку уже знакомых Сашке тарелок. Наконец крошка лет пяти водрузила на стол тяжелый кувшин и с победным видом взобралась на колени к отцу.
— Это Валлни, моя девочка! — представил ее Хейграст, нежно проводя ладонью по пушистому затылку. — Вот и вся моя семья. Смегла, Хранд, Бодди, Антр, Валлни и я. Днем сюда еще приходит человек. Его зовут Вадлин. Он помогает в кузнице. Хороший кузнец, может выполнить даже сложные заказы. Но заправляет всем без меня Смегла!
Смегла мягко улыбнулась, поставила на середину стола овощи и разлила темную жидкость из кувшинчика по тарелкам. Сашка выдержал паузу и, когда увидел, что сидящие за столом потянулись к овощам, тоже взял в руки печеный плод, напоминающий то ли кабачок, то ли грушу. Оказалось, что это все тот же капустный корень. Запеченный на огне, да еще с соусом, который следовало пить прямо из тарелки, он мгновенно разбудил аппетит. Блюдо быстро опустело, Смегла в кувшине побольше принесла горячий ктар. Отлучившийся на мгновение Хейграст появился со сладостями, и под медленное поглощение маленьких хлебцев и пропитанных медом неизвестных Сашке фруктов пошла беседа. Хейграст расспрашивал у Дана, что и как делал его отец. Как был устроен у него горн. Что он использовал в качестве топлива. Где брал руду. Дан вначале оживился, начал рассказывать, но вскоре воспоминания о погибших родителях расстроили его, и мальчишка замолчал. Хейграст подмигнул Хранду, и тот увел Дана в кузницу. Незаметно исчезла Смегла вместе с младшими детьми. За столом остались Хейграст, Лукус и Сашка.
— Вот и пришла пора поговорить, — сказал Хейграст. — Я получил известие от Леганда о прибытии гостя. Лукус заходил ко мне сегодня. Не буду скрывать, мы с ним тоже уже поговорили. Этот разговор для тебя, Саш. Послушай меня. Как бы ни решилась твоя судьба — нам предстоит трудная дорога и серьезные испытания, поэтому мы должны быть открыты друг другу. Хотя все-таки не на все твои вопросы я смогу ответить.
— Лукус отвечает на один вопрос из дюжины, — вздохнул Сашка. — Так что и твоя скупость, Хейграст, меня не удивит.
— Не скупость, но осторожность, — не согласился Хейграст. — И у этого есть причины. Ты в чужом мире. И ты в опасности. Но и мы тоже. Я говорю не только о той опасности, что поселилась в долине, из-за которой крестьяне наводнили шатрами площадь у крепостной стены. Есть опасность иного рода. Возможно, она связана с преследованием твоей семьи тем демоном. Не на все вопросы я и сам знаю ответы. Даже Леганд знает не все.
— Кто такой Леганд? — спросил Сашка. — Валли, ари, человек, нари, шаи, банги? Или демон?
— Ну уж не банги — это точно! — рассмеялся Хейграст. — И не нари, и не белу, и не шаи. Скорее всего, и не демон. Валли — это что-то из легенд. Хотя Леганд и сам как часть легенды. Я думаю, что он ари или человек. Хотя, если честно, точно не знаю, да это и неважно. Больше всего он похож на человека. Но вот Лукус считает, что для человека он слишком мудр.
— Важно, что Леганд был всегда, — вмешался белу. — Он очень стар. Леганд видит то, что скрыто для большинства. Он видел и знал Арбана Строителя. Поэтому об Арбане говорить будет именно он.
— Пойми и не обижайся. — Хейграст сцепил пальцы, наклонился к Сашке. — Есть вопросы, ответы на которые принадлежат не мне и не Лукусу. Эл- Лиа уже давно закрыта от других миров. Настолько давно, что некоторые элбаны считают предания о других мирах сказками и легендами, а большинство ничего не знает о них! Но иные миры есть, кому, как не тебе, знать об этом, и не все они исполнены добра. Есть силы, которые стремятся преодолеть границы Эл-Лиа. Потому что Эл-Лиа и особенно Эл-Айран — это сердце Ожерелья миров. Престол Эл-Лоона. Средоточие силы. Перекресток.
— Перекресток, который закрыт для проезда? — спросил Сашка.
— Именно так, — согласился Хейграст. — Но это длинная история, которая уходит своими корнями в столь далекое прошлое, что и преданий почти не сохранилось о нем. Об этом тоже лучше расскажет Леганд. Он очевидец всего или почти всего, что пережил мир Эл-Лиа. Однажды, когда я и Лукус едва достигли твоих лет, а Заал, наш погибший друг, был ровесником нам нынешним, Леганд рассказал об Арбане, который покинул Эл-Лиа в дни прихода Черной смерти. Леганд считал, что именно Арбан остановил эту напасть. Может быть, это только догадки. Мы знаем наверняка лишь то, что уже больше лиги лет к северу от Эйд-Мера располагается выжженная страна, которую здесь называют Мертвыми Землями. И то, что Арбан оставил письмо, в котором написал:
