Кумиры. Беседы с замечательными людьми

«Преступление и наказание». Мы встретились с Георгием Георгиевичем случайно

— Но вы были так молоды! Как вы входили в такой непростой мир Досто-

в небольшом театре «Около дома Станиславского», куда актер пришел как зри-

евского? Где черпали опыт?

тель вместе со своей семьей. Я подошла, и мы условились о встрече.

— Единственное, что меня тогда роднило с моим персонажем, это возраст —

на тот момент нам обоим было по 23 года. Но ведь в человеческой природе многое

— Георгий Георгиевич, мама успела порадоваться вашим успехам?

заложено. Наверное, и во мне есть что-то от Родиона Романовича. При необходи-

— Я всегда ощущал мир своего дома, своей семьи. Родился я в Ленинграде. При

мости можно растормошить и вытащить эти качества из самых глубин своей при-

всех сложностях послевоенного времени, на которое пришлось мое детство, я был

роды и сделать их на какой-то момент доминирующими. Это трудно. Порой мучи-

счастливым ребенком. Мама бесконечно любила нас. Мой папа умер, когда сестренке

тельно. Есть такое понятие — сладостная мука. Это наиболее точно определяет твое

было пять, мне семь, поэтому все заботы о нас легли на мамины плечи. Ей приходи-

существование в судьбе персонажа. На протяжении двух лет, пока продолжались

лось «тащить» нас — она была бухгалтером и всегда работала на двух-трех работах.

съемки, я ни на миг не расставался с миром Родиона Романовича — с его мыслями

Мама еле сводила концы с концами, но мы всегда были накормлены и опрятно одеты.

и чувствами, его мучениями и сомнениями. Ну, а когда заканчивается работа, вместе

Не скажу, что был паинькой, но, залезая с друзьями на деревья, я всегда помнил,

с радостью приходит чувство опустошения, ведь ты расстаешься не только с ролью,

что озорство может закончиться порванными штанами — а они были единствен-

а с человеческой судьбой своего персонажа. К счастью, спустя четыре года меня при-