порядок в архиве.
– Обустраивайся. Ларионов подскажет, с чего начать.
Едва за Сашей закрылась дверь, Филипп сбросил маску невозмутимости:
– Объясни, с чего ты надумала сосватать управлению эту вампиршу?
– Ты же видел её анкету.
– Да, прочёл и прогнал через базу. Расхождений не выявил. Помимо этого, нашёл несколько фотографий с тех времён, когда она ещё в детском доме жила. Практически не изменилась, разве что волосы отросли. Можно ещё Соколова попросить провести анализ ДНК, но уверен, Александра действительно та, за кого себя выдаёт.
– Она сбегала из четырёх приёмных семей.
– Ещё скажи, что встреча с вампиром стала для девчонки круче выигрыша в лотерею, – проворчал Юдин. – Хорошо, я признаю, что Александре в этой чёртовой жизни крепко досталось. Что дальше?
– Будем работать. И потом, ей больше некуда идти. Уклад общины пришёлся ей не по вкусу, через месяц-два она уехала бы из города, и не мне тебе рассказывать, что ожидает вампира-одиночку, обращенного раньше положенного срока. Ведь ты, в отличие от Кирилла, руководство по вампирам изучил от и до?
Во время перерождения мозг вампира умирает. Возрождаясь, он, как и тело, не способен развиваться и меняться. Вампир не растет, не стареет, не меняет телосложение – он застывает во времени. Тёмная магия позволяет мертвой плоти избежать разложения и регенерировать в рамках базы данных, которая хранилась в мозге на момент смерти. То же самое относится и к привычкам, чертам характера, они напрямую зависят от этой же базы. Психическое развитие замедляется. Привязанности, образ мыслей не меняются веками. Со временем информация накапливается, но её восприятие остаётся неизменным.
– Если она даст малейший повод, сами же кровососы её и ликвидируют, – пробормотал Юдин, и он был прав.
Вампиры с подчёркнутым рвением исполняли пункт договора, связанный с возрастным цензом, в свою очередь, люди закрывали глаза на то, что творилось на территории вампиров. Бартер и полная гармония.
– Фил, я хочу дать ей шанс.
– Хорошо. Но если не справится – балласт мне не нужен.
– Понимаю, – кивнула я.
Капитан ничуть не преувеличивал, нянчиться с вампиршей никто не станет. Впрочем, я не думала, что придется. Я верила в клыкастую.
– Как Наталья? – спросила я после небольшой паузы.
– Что ж ты у Соколова до сих пор не узнала? – добродушно усмехнулся Юдин.
– Сунулась, но он меня к ней не пустил.
– Я распорядился. Воронина тоже ушла ни с чем.
– Погоди, Елизавета была здесь? Хотела встретиться с подругой?
– В том числе. Она искала тебя. Очень нервничала. Ты извини, но я не позволил ей подождать тебя внутри. У нас и без того нынче проходной двор. Я уже всыпал малому за рыдающего вампира. Кирилл, засранец, теперь у меня наизусть справочники зубрить будет. Ладно, к делу. Я прочел твой отчет. По описанию подходят вот эти вампироманы. – Юдин развернул ко мне монитор, и я увидела четыре ряда иконок с фотографиями. – Все темноволосые и сероглазые, рост от метра шестидесяти пяти.
Я подошла поближе к монитору.
– Увеличить можно?
– Садись на моё место. Будет удобнее. Ты как? В порядке?
– Переживаешь, что и я буянить начну? Нет, в этом смысле в норме. Воздействие багрянца уже практически полностью нейтрализовалось.
– Очередная залётная зараза из Волшебной страны?
– Эльфийский подарочек, – буркнула я.
– Эльфы, – вздохнул Юдин. – Эльфов мы ещё не проходили. Как и деймонаров. Что они вообще забыли в нашем мире?
– Деймонары присматривают за Землей и Волшебной страной с тех пор, как они вошли в соприкосновение, а фейри… Эти скачут между мирами исключительно для собственного удовольствия.
– «Любить людей – для эльфа срам и грех; и всяк служитель тамошнего храма, грозил навзрыд: беда постигнет всех за преступленья царственного хама…[1]»
– Не знала, что вы, капитан, увлекаетесь поэзией.
