– Не прикасайтесь ко мне! – взвыла Чернова и попыталась отползти, но целитель схватил её за руку.
Я нависла над Ольгой:
– Зачем вас послали к Сорогу? К чему было разыгрывать этот спектакль?
– Я… я… – Ольга захрипела, судорожно хватая воздух ртом.
– Прекращай. – Рука Юдина легла мне на плечо. Капитан заставил меня подняться с пола и буквально оттащил от Черновой.
Проклятие! Кажется, я перегнула палку.
Роман обхватил лицо Ольги и принялся вливать в неё магию. Женщина пыталась вырваться, но целитель зафиксировал руки и ноги обездвиживающими чарами, а потом подозвал ищейку:
– Поддерживай на этом же уровне, сможешь?
– Да. – Девушка перехватила плетение, а целитель сосредоточился на борьбе с повышающимся артериальным давлением.
Ольга визжала, что стражи собираются её убить, требовала отправки в «Подземье».
На вопли уже не осталось сил, Чернова лежала, закатив глаза, и только часто дышала. Юдин и я не сводили глаз с цифр на стене. Ищейка уже не фиксировала руки, а вливала в Романа резерв. Головин контролировал процесс лечения. Стражи действовали молча, слаженно, и это при том, что в постоянной связке явно не работали. Мне стало слегка завидно.
На целителя было страшно смотреть: лицо бледное, пот катится градом, из носа тонкой струйкой течёт кровь. Охнув, осела на пол опустошившая резерв ищейка. В тишине раздалось еле слышное:
– Прекращай, мы её не вытянем.
Роман упрямо качнул головой, затащил Ольгу на колени и прижал к груди – чем теснее контакт, тем проще плести заклинание. Чернова приподняла веки, посмотрела на меня и прошептала:
– Жаль…
– Роман, отставить! Это приказ! – гаркнул глава отдела межрасовой безопасности.
Целитель вскинул руки и прервал плетение, Ольга дернулась в последний раз и затихла.
У меня внутри что-то оборвалось, стало больно дышать. До последнего я верила, что Роман справится. Слышала его неутешительный прогноз, но всё равно надеялась.
– Роман, прошу засвидетельствовать смерть подозреваемой. Филипп Юрьевич, уведомляю: целитель и ищейка сделали всё, что было в их силах, – сипло отчитался Головин и скомандовал магам: – Возвращаетесь в Башню, проходите осмотр у Василенко и берёте отпуск на два дня. В ближайшие двенадцать часов дар не использовать.
Роман кивнул, взял под руку коллегу и поплелся из спальни. Выглядели оба так, словно участвовали в боевой операции. В какой-то степени так оно и было: одарённые бросили вызов смерти и проиграли.
– Как ты себя чувствуешь? – обеспокоился Юдин.
– Серая стража может предоставить вашему сотруднику услуги целителя, – подчеркнуто безразлично предложил Головин.
– Спасибо, обойдусь, – буркнула я.
Горло саднило, но не настолько, чтобы я возжелала оказаться обязанной бывшему начальнику.
– Ты неплохо справилась… – Попытка капитана меня подбодрить отозвалась новым всплеском тянущей боли в груди.
– Тогда почему я ощущаю себя убийцей? Я же видела, что ей плохо. Но не остановилась.
– Это бы ничего не изменило. Полностью разделяю мнение вашего руководителя: сработано профессионально. – Головин повернулся к Юдину. – Управлению нужна помощь в транспортировке тела?
– Нет, мы вызовем свой фургон.
– Хорошо. На энергетическом уровне квартира чистая. Можете проводить стандартный осмотр. Знаете, отчасти я рад, что дело оставили УПИРу.
Юдин удивлённо приподнял бровь.
– Не хотел бы я оказаться на вашем месте, когда о задержании Сорога узнает Демиан Норд.
Приехавшие Валерий и Молчунов приступили к осмотру жилища Сорога. Хотели и меня привлечь, но я сослалась на то, что в
