солнышко ориентированы. Молодцы. Теперь закапывайте. И... - хорошо полейте.
- Алексей Петрович, отец родной! - Карачун вновь оторвал молодого помещика от важных дел. - Ну, все-таки? Как там с моей... с нашей просьбушкой? Это же - важно! Челом бьём - ответа просим.
- Кирьян, не тяни! - дизайнер по ландшафту всё ещё слушал старосту в пол уха. А в половину глаза смотрел как работники снимают с повозки следующее дерево. - Говори сколько нужно. Завтра подойдешь, я выдам требуемую сумму. Тем более до вторника - ещё два дня. Успеете заплатить - даже не волнуйтесь. Ну, у тебя, всё? Давай, иди... - не отвлекай.
- Кормилиц, ты не понял! - проситель скосился и засопел виновато. - Мы должны отдать деньги - тебе.
- Кирьян! Какие ещё... деньги? - Алексей удивленно хмыкнул. - Я не помню, чтобы у меня что-то занимали?
- Это оплата за труды наши праведные. За право хлебушек растить - на твоей земле - Виновный медленно набрал в грудь воздуха. На его лбу собрались морщины. - Оброк, батюшка! И... - это у нас срок платежа подходит. - Староста развел руки в сторону. - А купцов нетути...
- Ну, все разозлил ты меня Карачун. Давай отойдем. Говори толком.
- Помилуй бог, покровитель! Каемся! - Кирьян с горечью начал рассказ. - Каждый год, осенью приезжают купцы. Покупають у нас зерно и продукты. Грабят нас жимолоты - обманывают почём зря. Платют за урожай нам помалу. Полученные от них денюшки мы отдаем тебе. Нынча их нет. А это значит, что мы не сможем вовремя отдать тебе долг.
Здрасте, приехали! - Странник воскликнул от удивления. - Кирьян, у тебя все дома? Ты, что совсем... своего барина разорить собрался? - Алексей показательно "надулся". Принял строгий вид. - Ты головой думать, будешь или нет? Что раньше нельзя было сказать про это? - Недовольный дворянин начал искать глазами что-то тяжелое или объемное. - Ох, чую - ждет тебя наказание! Я даже не знаю - что сейчас с тобой будет!
Строгий помещик показательно хлопнул в ладоши и топнул ногой. - О-о-о! Я придумал! Будешь с завтрашнего утра бегать вместе с бойцами вокруг села. Точнее - они вокруг села, а ты вокруг них. И ещё я тебя - в звании понижу. Будешь теперь у меня в полу... в под... в пополамо... Нет! Лучше на букву - эм! Мили... мини... микро староста. А, вот, придумал - младший староста! Ну как? Тебе... - не стыдно? Младший староста! Да над твоим званием теперь не то, что ребятишки... - собаки смеяться будут. Ну, ты учудил... - младший староста!
- Прости, благодетель, - Карачун упал на колени. Ударился головой о землю. Начал заунывно лепетать. Стал креститься. - Прости нас, Христа ради! Всем миром за тебя молимся. Только о твоем здоровье и печемся. Как ты? Всё ли хорошо? Всё ли в порядке? А сейчас - беда беду подгоняет.
- Кирьян, опусти розовые сопли, - молодой помещик грозно "сверкнул" глазами. - Давай по делу.
- Они всегда вовремя приезжали. А в этом году видно из-за засухи специально волынку тянут. Желают сбросить цену - до безобразия. Продли время, ещё - хотя бы на неделю. Вот тебе крест - все отдадим до копеечки. Не дай людишкам разориться. Ведь детушки малые голодать будут! Ведь...
- Быстро поднялся с земли и слушай внимательно, - путник резко перебил причитающего старосту. Нахмурился. Строго посмотрел на подчиненного. Начал ходить из стороны в сторону как лектор в учебном заведении. - Давай рассуждать здраво.
Карачун поднялся с колен, но спины не разогнул.
- Отвечай на мой вопрос, - Рязанцев гордо задрал подбородок. Важно развел плечи. - Чем занимается твой барин в Москве?
- Наш кормилец! - Кирьян лепетал еле слышно. - Велики труды его в стольном граде! Пошли ему господь здоровья! Он уважаемый купец. Он продает...
- Вот, правильно! - путник вновь перебил Кирьяна. - Он купец! Рязанцев высоко задрал указательный палец. - Так почему его любимые крестьяне должны отдавать свое зерно неизвестным, проклятым конкурентам? Да ещё и задешево? Ты, что хочешь разорить меня? Или лишить моих любимых "домочадцев" заслуженного дохода? Почему нельзя предложить купить зерно своему родному, уважаемому помещику?
- Дык... Тык.. Так, - Кирьян начал заговариваться. Он дергал и мотал головой как безумец. - Окаянство беспутное! - Стараста возмущенно выругался. Удивленно развел в стороны руки. - Вы же пшеницей не торгуете?
- Запомни Кирьян! И заруби себе на носу - твой барин покупает всё, что может быть продано. Тем более зерно! В этом вре... - путешественник внезапно поперхнулся и закашлял. - В этом месте - это сейчас самая устойчивая валю... единица обмена на другие товары.
Странник по-купечески погладил подбородок. Хитро прищурил глаза. - Ну, может быть ещё таганофель! Хотя - нет! Это со следующего года. - Он снова свел брови. Вспомнил про тяжёлый проступок виновного. - Второе... Допустим, продашь ты всё, чтобы
