Атлантический океан, баобаб с золотой цепью! Я подругам расскажу – ведь никто не поверит!
– Так, может, вам купальник дать? – спросила Василиса. – У меня есть один новый, мне он мал, а вам точно подойдёт.
– Нет, спасибо! Да и боюсь я в море в моем возрасте лезть, это пусть молодежь резвится.
А мне Василиса тихой речью сказала совсем другое:
– Слушай, какая Африка, какой баобаб?
– У Веньки и Светки спроси, они тут придумали, – так же тихо ответил я.
– Света, тогда, может, тебе дать купальник? – спросила Василиса уже вслух.
– Да, не откажусь. Спасибо.
– Нина Степановна, пойдемте, я вас все?таки в дом провожу, отдохнёте, – сказала Василиса. – У нас специально есть очень хороший гостевой домик, а то перелёты, акклиматизация – ко всему надо привыкнуть. Условия не царские, но для отдыха самое то. Свежий воздух, и никаких комаров.
– А вообще, что у вас здесь такое, в Африке? – начала любопытствовать Венькина тёща. – Я ведь про «новых русских», кроме анекдотов, ничего не знаю.
– Про «новых русских» ребята пошутили. У нас здесь научная станция.
– Как, а Веньямин сказал, что Александр – «новый русский»?
– Саша – ученый, а Веньямин назвал его так потому, что у него зарплата хорошая.
– А золотая цепь?
– Это сплав, внешне очень похожий на золото.
Василиса со Светланой и Венькиной тёщей скрылись в лесу. А я лёг на траву и начал мысленно возмущаться тихой речью:
– Какой ещё гостевой домик? И почему я его не видел? И почему мы сами в нём не живем, а стесняем бабу Веру?
Но Василиса на эти мои наезды отвечать не стала.
– Я тоже пойду купальник надену, – сказала Анфиса и исчезла в огненном портале.
Буквально через три минуты Василиса со Светланой вернулись уже в купальниках. Они даже не стали останавливаться возле нашего импровизированного стола, а сразу пошли в море. Света что?то рассказывала, а Василиса смеялась, и её прекрасные заразительные смешинки разлетались по берегу.
Анфиса вернулась в довольно?таки откровенном, но не выходящим за рамки приличия купальнике. Я только и смог удивиться: и когда она умудрилась его купить, ведь старые вещи ей наверняка не подходят? Она взяла меня за руку и потянула к морю:
– Сашуля, пошли поплаваем, не будь букой! Я ведь с тобой, мой милый, ещё ни разу вместе не купалась!
– Да у меня и плавок?то нет, – начал отнекиваться я.
– Ничего страшного, искупаешься в трусах, вон, Веньямин твой не стесняется, а ты не можешь? Пошли!
Я плюнул на мои предрассудки, разделся до трусов, и мы пошли купаться в теплые солёные волны неизвестно какого моря.
Весь следующий час мы впятером дурачились, барахтались, ныряли и хулиганили наравне с маленькими детьми. Да и вообще, когда хоть один малыш попадает во взрослую компанию, то он непроизвольно одаривает великовозрастных дядей и тётей редкой возможностью почувствовать себя ребёнком. И глупы те взрослые, которые этой возможностью не пользуются.
Через час, выйдя на берег, мы поняли, что пятеро взрослых не могут тягаться в выносливости с двумя пятилетними девочками. Мы вышли из воды уставшие и измученные, зато близняшки выглядели бодрыми и энергичными. Они с криками наперегонки добежали до нашей скатерти на траве и набросились на еду, и только наевшись, стали клевать носами. Я тихой речью спросил Василису:
– Пойдём отведём девочек к бабушке, а то они засыпают?
– Что?то мне так лениво, может, ты один сходишь?
– Да я же не знаю, где этот гостевой домик.
– Ты опять тормозишь? Достаточно войти в лес и сказать с грузинским акцентом: «Хачу Нину Степановну», только с Ларисой Ивановной смотри не перепутай.
– Я фильм «Мимино» смотрел, поэтому на твой грузинский акцент не куплюсь, но если мы куда?то заплутаем, то тебе придется нас выручать. Да, и напомни?ка мне, как звучит заклинание раздвигания ложа?
Гостевой домик оказался обычной бревенчатой избушкой, такую конструкцию ещё почему?то называют «трёхстенок», хотя для
