королями и королевами — наслаждайтесь, ребята, пока есть такая возможность.
— Я боялся, что больше мы тебя не увидим, — говорил Фогг. — После твоей… как бы это сказать… отставки. Немногие, сделав такой выбор, возвращаются к нам — как правило, мы теряем их навсегда. Но ты, если можно так выразиться, осознал свои заблуждения?
Декан вел их верхней дорогой, искренне восхищаясь открывающимися с нее видами. Знойный простор Моря сменился прохладными дорожками Лабиринта, где таились маленькие площади и фонтаны из бледного камня. Квентин когда-то гулял здесь с Элис, только другими тропами: Лабиринт ежегодно подвергают перепланировке.
— Я пересмотрел свои взгляды. — Дорога позволяла Квентину идти вровень с деканом. — Вы поступаете очень великодушно, принимая меня… как бы это сказать… в час нужды.
— Вот именно. — Декан, достав из-за лацкана носовой платок, промокнул лоб. Он все-таки немного состарился: недавно отпущенная бородка была вся белая. Все эти годы он делал то же, что и всегда: обучал ребят, которые со временем заканчивали колледж и уходили. Квентина начала мучить клаустрофобия, не успел он здесь оказаться. Фогг в нем видит прежнего мальчика, которого больше нет.
Они уже вошли в Дом.
— Может быть, здесь подождешь? — спросил Квентин Джулию на пороге деканского кабинета.
— Да, хорошо.
— Поговорю с ним как мужчина с мужчиной — это лучше с тактической точки зрения.
Она без улыбки сложила большой и указательный пальцы колечком и села на скамейку, предназначенную для неуспевающих и/или нашкодивших. Квентин от души надеялся, что здесь с ней ничего не случится.
Декан сел, сложив руки перед собой на столе. Знакомый запах кожи тянул Квентина в прошлое. Здесь, на этом стуле, не так уж давно сидел юный Квентин, весь помятый (прошлой ночью он спал в одежде), сидел, тряс коленкой и спрашивал себя, не розыгрыш ли все это. Что сказал бы ему сейчас старший Квентин, что посоветовал? Принять синюю таблетку?[15] Не спать с Дженет? Не совать незнакомый ключ в незнакомую дверь?
Младший в ответ посмотрел бы на старшего взглядом Бенедикта и сказал: что я, дурак, что ли?
— Итак, чем могу помочь? — спросил Фогг. — Что привело тебя вновь в твою скромную альма-матер?
Проблема заключалась в том, как попросить о помощи, не сказав ничего лишнего насчет Филлори. То, что оно существует в реальности, оставалось тайной, и посвящать в нее Фогга Квентину хотелось меньше всего. Декан оповестит всех, и на весенние каникулы брекбиллские детки валом туда повалят. Превратят королевство в Форт-Лодердейл[16] волшебной мультивселенной.
Но с чего-то начинать надо. Лучше всего притвориться таким же лопухом, как и Фогг.
— Вам известно что-нибудь о путешествиях между мирами, декан?
— Кое-что… больше, конечно, в теории, чем на практике. Был у нас студент, который очень этим интересовался. Пенни, кажется… это, разумеется, не настоящее имя.
— Он мой однокурсник. Уильям по-настоящему.
— Да-да. Они с Мелани — с профессором Ван дер Веге — немало времени убили на этот проект. Теперь она уже на пенсии. А почему ты, собственно…
— Мы с ним дружили, — неуклюже сымпровизировал Квентин. — С Пенни, то есть с Уильямом. Но он куда-то пропал — кого ни спросишь, никто ничего не слышал. — (Кроме того, что один ненормальный божок отгрыз ему руки.) — Я и подумал — может быть, вы знаете.
— Ты полагаешь, что он мог перейти в другой мир?
— Ну да.
Фогг задумался, поглаживая бородку — или сделал вид, что задумался.
— Я не могу разглашать информацию о студентах без их ведома и согласия.
— Я же не номер его мобильного у вас спрашиваю. Просто подумал, что вы могли что-то слышать…
Фогг, скрипнув креслом, подался вперед.
— Я много чего слышу, дорогой мой, но далеко не все говорю. Если бы я стал всем рассказывать, что пристроил тебя в ту манхэттенскую компанию, понравилось бы это тебе?
— Не думаю.
— Но если тебе вправду позарез необходим Пенни, я бы советовал тебе поискать его в этой реальности, — сухой смешок, —
