— А цапотцы других не хотят забрать?
— К сожалению, все не так просто. Им интересны только светловолосые. Но подойди-ка со мной к окну. Решение совсем рядом.
Штурман удивленно поднял брови. На миг заколебался, словно опасаясь подходить к окну вместе с Колей. Возможно, он задумал какой-то обман и опасался, что его раскусили. При других обстоятельствах Коля, возможно, из одного только подозрения вытолкнул бы его из окна. Но сейчас Эврилох был самым лучшим из тех, кто у него был. Придется быть великодушным до возвращения с равнины Куш.
— Как поступают у тебя на родине, когда находят крысиное гнездо?
— Раскапывают, — подавленно ответил штурман и подошел к нему.
— Мы их топим, — Коля указал на улицу. — Видишь там, чуть выше, резервуар с водой? Его стенка кажется мне чертовски непрочной. Вполне может статься, что она возьмет и сломается. Как думаешь?
— Может быть.
— И тогда вода, словно ручей, потечет по улице и затопит нам подвал.
Эврилох нерешительно кивнул.
— Да, наверное, так и будет.
— Всегда нужно следить за тем, чтобы в подвале не было ничего ценного. Если как следует подготовиться, можно даже извлечь из такого небольшого несчастья пользу. Скорее всего, все крысы потонут.
— Стена резервуара выглядит действительно очень непрочной.
Коля улыбнулся.
— Как хорошо, когда тебя понимают. Ты позаботишься здесь обо всем, пока меня не будет. Слушай, что говорят о Леоне. Для меня осталось загадкой, каким образом этот трурийский мешок с дерьмом сумел улизнуть. Прикажи найти его и убить. От трурийцев можно отдохнуть только тогда, когда их закопаешь. До тех пор они не понимают, что проиграли.
— Я уверен, что найду его.
Коля в последний раз обвел взглядом роскошную комнату. Как мало все это продолжалось.
— Можешь забирать это себе. Когда вернусь, я сделаю себе новую, — Коля взял с кровати бронзовую кирасу, и теперь, когда у него больше ничего не осталось, он почувствовал облегчение.
— Поможешь мне надеть доспех?
Казалось, Эврилох испытывает скорее недоверие, чем облегчение. Он подошел к нему и затянул кожаные ремешки по бокам доспеха.
— Если посмотреть на меня, можно подумать, что разбогатеть легко. А я скажу тебе, что для нас в Нангоге есть еще больше золота. Когда я вернусь, то покажу тебе, где его нужно искать, — Коля застегнул на бедрах перевязь. По лицу Эврилоха он видел, как идет работа мысли. «Жадность — весьма отрадная черта характера», — удовлетворенно подумал друсниец. Она делает людей предсказуемыми. Теперь он был уверен в том, что штурман хорошо будет вести дела и не придется ожидать неприятных сюрпризов по возвращении из Куша.
О кротах
У Нандалее все еще слегка кружилась голова. Три дня она отдыхала здесь, но сумела поспать лишь несколько часов. Находиться здесь неправильно! Обещание, данное Дуадану, не давало ей покоя. Нужно идти в Кенигсштейн, чтобы спасти последних из ее клана. Лежать в постели и ждать, когда вернутся силы, — это не в ее духе! Нужно уходить. Довершить то, что она начала в тот день, когда выстрелила в тролля, укравшего ее добычу.
Нандалее бросила нервный взгляд на дверь. Три наставника Белого чертога примут ее в комнате, находящейся за дверью, и решат судьбу ее просьбы. Она знала, что добровольно тролли не выдадут пленных эльфов. А одной ей не вызволить последних выживших. Войти как можно незаметнее в пещеры троллей и освободить пленников, как можно меньше применяя оружие, — это миссия для драконников.
