Письма 1886-1917

Какого Вы мнения об этом актере и актрисе? В Вашем списке их нет.

К. Алексеев

248 *. Е. Н. Чирикову 13 января 1907

Москва

Дорогой и многоуважаемый

Евгений Николаевич!

Я уже давно прочел Вашу пьесу и собирался написать Вам после того, как В. И. Немирович- Данченко скажет мне о ней свой отзыв¹.

Владимир Иванович тем временем должен был уехать за границу, где его задержали до настоящей минуты. Не могу дольше молчать и потому описываю Вам свое личное впечатление. Предварительно я становлюсь в подобающую мне позицию 'одного из публики, не имеющего никакого отношения к литературе и не претендующего на звание критика'. Только эта роль дилетанта, польщенного Вашим вниманием и доверием, дает мне смелость говорить откровенно о своих впечатлениях.

Первый акт мне очень понравился.

Во-первых, я очутился в своей любимой атмосфере средневекового замка, в той башне, где я когда- то прожил целые сутки, в том замке, который я так долго разыскивал когда-то по всему свету и с такой любовью зарисовывал, изучал 2.

Покаюсь Вам, что имею претензию если не на знатока, то на человека понимающего и умеющего чувствовать средние века. Я считаю себя в этом отношении учеником Федора Львовича Соллогуба ³.

В пьесе средние века почувствованы и переданы по всем актам (кроме 4- го).

Второй акт тоже живописен, но он мне показался беднее и потому понравился меньше. Третий акт опять интересен – живописен.

Четвертый акт, простите, меня привел в уныние, и я благодаря своей наивности спросил себя: зачем он нужен? Отчего красная смерть не прошла, заглянув в комнату шута в 3-м акте? 4

Зачем нужна эта постановка? Статисты, оперные эффекты 4-го акта? Теперь пьеса претендует на большую постановку, ее затяжелят статисты, декорации, лунные и другие лучи рефлектора, музыка и пр. и пр. Актеры начнут творить [с] пафосом, и тот прелестный интимный средневековый дух пьесы заменится оперной пышностью и богатством.

Как хорошо не быть литератором. Будь я им, Вы раззнакомились бы со мной, а теперь – не имеете права даже сердиться на меня. Разорвите письмо и улыбнитесь, если я написал глупость.

Душевно преданный

К. Станиславский

13. I. 907

249 *. В. Я. Брюсову 15 января 1907

Глубокоуважаемый Валерий Яковлевич!

Я был очень тронут Вашим вниманием и спешу поблагодарить Вас за присылку Вами новой книги