Подготовка путешествия наверх заняла целый час. Бейчи, похоже, пребывал в возбуждении. Убрель Шиоль заставила его надеть теплую одежду, а сама переоделась в комбинезон и убрала волосы. Они сели в ту же машину, которая привезла гостя. За рулем по-прежнему был Моллен. Гость, Бейчи и Шиоль разместились сзади, а женщина в черном платье – на откидном сиденье, напротив них.
Они выехали из туннеля на яркий свет дня. Широкий двор был покрыт снегом. Лимузин остановился перед высокими воротами из проволочной сетки. Охранники открыли их и проводили машину взглядом. Та свернула на боковую дорожку, направляясь к ближайшему путепроводу, и остановилась на въезде.
– Есть сейчас где-нибудь ярмарка? – спросил Бейчи. – Мне всегда нравилась ярмарочная суета. Шум и все такое.
Он вспомнил, что неподалеку от реки Лотол на лугу поставили цирк-шапито, и предложил отправиться туда. Моллен свернул на широкий, почти пустой бульвар.
– Цветы, – сказал он вдруг.
Все уставились на него.
Он завел руку за головы своих спутников и, потрепав волосы девушки, уронил заколку, вставленную в волосы Шиоль, после чего рассмеялся и поднял заколку с полки под задним стеклом. Этот маневр дал ему возможность кинуть взгляд назад.
Следом за ними шла большая полугусеничная машина.
– Цветы, господин Стаберинде? – спросила женщина в черном платье.
– Я бы хотел купить цветов, – объявил он, улыбаясь сначала ей, потом Шиоль, и хлопнул в ладоши. – А почему нет? Моллен, на Цветочный рынок!
Он откинулся к спинке, блаженно улыбаясь, затем подался вперед – весь сплошное извинение.
– Если никто не возражает, – сказал он женщине.
Она улыбнулась:
– Конечно нет. Моллен, вы все слышали?
Машина свернула еще раз.
На Цветочном рынке, где царили толкотня и возбуждение, он купил цветов и подарил их женщине и Убрель Шиоль.
– Вон ярмарка! – сказал он, указывая на реку, где сверкали и крутились ярмарочные палатки и голограммы.
Как он и рассчитывал, они погрузились на паром Цветочной ярмарки – крохотный, на одну машину. Он оглянулся: полугусеничный автомобиль остался на другой стороне. Когда они ехали по другому берегу, Бейчи разговорился, рассказывая Убрель Шиоль о ярмарках своей юности.
– Спасибо за цветы, господин Стаберинде, – сказала женщина, что сидела напротив его. Поднеся букет к лицу, она сделала вдох.
– Очень рад, – сказал он, потом наклонился через Шиоль и похлопал Бейчи по руке, чтобы привлечь его внимание к ярмарочным аттракционам: разнообразные кабинки взлетали над крышами.
Машина остановилась перед светофором на перекрестке. Он снова потянулся к Бейчи через Шиоль и, прежде чем девушка успела что-то сообразить, расстегнул на ее комбинезоне молнию и вытащил пистолет, который вычислил какое-то время назад. Посмотрев на оружие, он расхохотался, словно все это было какой-то глупой ошибкой, потом направил пистолет на голову Моллена за стеклом и выстрелил.
Стекло треснуло, и тут же, приподнявшись, он ударил ногой в трещину. Нога пробила стекло и врезалась в голову водителя.
Машина дернулась и остановилась. Моллен обмяк.
Удивленная тишина длилась всего пару мгновений – достаточно для того, чтобы он успел прокричать: «Капсула, сюда!»
Женщина на откидном сиденье шевельнулась. Ее рука, державшая цветы, выронила их и устремилась к складке платья на талии. Он ударил женщину в челюсть, и ее голова стукнулась об уцелевшую часть стекла. Затем он развернулся и присел около двери, меж тем как женщина, потеряв сознание, соскользнула с сиденья. Цветы рассыпались по полу. Он посмотрел на Бейчи и Шиоль: оба сидели с открытым ртом.
– Планы изменились, – сказал он, снимая темные очки и кидая их вниз, после чего вытащил обоих из машины.
Шиоль закричала. Он швырнул ее на багажник машины.
Бейчи обрел голос.
– Закалве, какого черта…
– У нее было вот
Убрель Шиоль воспользовалась той секундой, когда пистолет не был направлен на нее, и попыталась лягнуть его в голову. Он уклонился, позволив девушке развернуться, и ударил ее ребром ладони по шее. Шиоль рухнула на землю. Цветы, которые он ей вручил, полетели под машину.
– Убрель! – воскликнул Бейчи, склоняясь над девушкой. – Закалве! Что ты с ней сде…
– Цолдрин… – начал было он, но тут распахнулась водительская дверь, и на него бросился Моллен.
Они с водителем покатились по шоссе к канаве. Пистолет выпал из его руки.
Моллен прижал его к бордюрному камню, ухватив одной рукой за лацканы, а другую занося для удара. Голосовой аппарат отлетел прочь, удерживаемый шнурком, когда покрытый шрамами кулак метнулся к его лицу. Он сделал ложное движение, крутанулся в другую сторону, вскочил на ноги – и в этот момент
