«Один. Два. Три…»
— Что за…
Дальнейших слов Уилфорт, видимо, не нашел. А я продолжала, нисколько не напрягаясь и жалея лишь о том, что отжиманий всего двадцать и потому в скором времени они закончатся. Некоторую пикантность ситуации придавал тот факт, что сегодня на мне были не брюки, а юбка.
— Что здесь происходит?!
Этот грозный голос капитану не принадлежал. Не знаю, с какой именно целью зашел в кабинет Уилфорта полковник Михаэль Ленн, но появился он в чрезвычайно удачный момент.
— Прохожу наказание согласно приказу господина капитана! — отрапортовала я, застыв, приподнявшись на руках.
После чего продолжила отжиматься.
— Тринадцать. Четырнадцать.
— Отставить! — приказал Дедушка.
Я послушно вскочила на ноги. Ленн повернулся к Уилфорту.
— Как это понимать, капитан?
— Господин полковник, я не…
Уилфорт выглядел растерянно.
— Мы не в армии, — перебил его Ленн. — Кроме того, у нас не принято, чтобы подчиненные отбывали наказание в кабинете у начальника, да еще и один на один. Впредь потрудитесь наказывать провинившихся другим способом. Это понятно?
— Так точно! — подтвердил Уилфорт. — Но, господин полковник…
— Отставить! — Ленн развернулся к двери и по пути бросил мне: — Рейс, за мной!
— Так точно!
Я подхватила со спинки стула камзол и поспешила вслед за полковником, застегивая на ходу пуговицы рубашки.
— Что ты вытворяешь, Рейс? — строго спросил Ленн, едва плотно закрытая дверь отделила нас от капитана. — Нарываешься? Хочешь рассориться с новым начальством?
— Он первый начал, — сказала я и смолкла под осуждающим взглядом полковника.
— «Первый начал»? — переспросил тот. — Рейс, ты сержант или ребенок из благотворительной школы? Он — новый начальник вашего отдела, и тебе придется с этим смириться. Имей в виду: если он вознамерится тебя уволить, даже я при всем желании ничего не смогу поделать. И придется тебе уйти. И что тогда?
Я собиралась сообщить, что меня уже давно тайком переманивает начальник светлого отдела, но тут смысл сказанного Дедушкой дошел до меня окончательно.
— Но вы же полковник, а он — капитан? — выразила свое недоумение я.
Причиной моего недоумения был не отказ Ленна посодействовать мне в случае неприятностей. Понятное дело, если младший чин вроде меня вступает в конфликт с непосредственным начальством, он делает это на свой страх и риск, а не в расчете на поддержку главы участка. Из колеи меня выбил сам факт: полковник утверждает, что даже при желании не способен противостоять капитану. Как это понимать?
Ленн грустно усмехнулся, полностью отбрасывая начальственный тон.
— Рейс, а тебе самой не очевидно, что он — птица совершенно иного полета? — спросил он, понизив голос, а я сразу припомнила рассуждения Райана. — Да он служит в звании капитана только потому, что сам для себя это звание выбрал. Мог запросто ткнуть в любой чин и любую должность — и получил бы и то и другое. Сказал бы: «Хочу быть полковником» — и все, меня бы быстро отправили на заслуженный отдых.
Я часто заморгала, пытаясь осознать такое положение дел.
— Почему же тогда он выбрал капитана? — удивилась я вслух.
— А понятия не имею! — развел руками полковник.
По резкости его жестов я поняла: Ленн и удивлен, и раздосадован почище меня.
— Господин полковник, — впечатлившись его реакцией, я понизила голос почти до шепота, — а к нам в отдел он тоже попал по собственному выбору?
— Конечно, — не намного громче отозвался Дедушка. — А ты полагаешь, я бы назначил к вам начальником светловолосого?
Час от часу не легче. Да что такого могло ему понадобиться в обычном темном отделе обычного тель-рейского участка?
— Осознала? — Моя реакция не укрылась от внимания полковника. — Вот пойди теперь и подумай, какую линию поведения с новым начальством избрать в дальнейшем. Свободна.
— Господин полковник! — я не спешила уходить. — Разрешите обратиться с последним вопросом?
— Разрешаю, — устало откликнулся Ленн. — Что там еще?
