Словом, я сочла ситуацию достаточно серьезной, чтобы заглянуть к Уилфорту.
— Господин капитан!
Предварительно постучав, я слегка приоткрыла дверь, на которой красовалась табличка с именем нового начальника.
— Входите.
Вообще-то я бы предпочла пообщаться так, через порог, но пришлось подчиниться. То ли начальник верил в приметы, то ли был гостеприимно настроен с утра пораньше.
— Господин капитан, я хотела спросить, не брали ли вы отчет по «Делу отличника».
Я старалась придать своему лицу как можно более небрежное выражение. Якобы я не потеряла отчет, а просто хочу уточнить, вдруг Уилфорту довелось его проглядывать. Ответ капитана меня поразил.
— Да, — кивнул он. — Отличный отчет. Я просмотрел его и передал в архив.
— А… В архив? — удивилась я. — Дело в том, что он не закончен.
— Вы ошибаетесь, — бесстрастно ответил Уилфорт. — Отчет дописан, вся работа завершена. Так что вы можете сосредоточиться на других делах. У вас есть ко мне что-нибудь еще?
— Никак нет, — пробормотала я.
— Хорошо. Вы свободны.
Капитан демонстративно сосредоточился на лежащих перед ним документах, а я, ничего не понимая, вышла за дверь. Ясно было одно: переписывать отчет не придется.
Ближе к середине дня ветер разогнал облака, и мы с Диком вышли на улицу, чтобы немного развеяться и подышать свежим воздухом. Дик только что закончил допрос свидетеля, я возвратилась после очередной безуспешной попытки раскопать что-нибудь полезное по делу Веллореск. Райан уехал с той же целью и еще не вернулся. Я стояла, попивая пристывший кофе из большой керамической кружки.
Внезапно старая дверь, ведущая в наше здание и давно уже державшаяся на честном слове, распахнулась, и на порог вышел Уилфорт. Мы с Диком инстинктивно встали по стойке «смирно» (что с кружкой в руке смотрелось достаточно странно). И приготовились к тому, что нас незамедлительно начнут отчитывать. Как-никак в рабочее время мы были не на рабочем месте.
Однако мы ошиблись. Капитан лишь скользнул по нам взглядом, после чего сосредоточил свое внимание на дороге. Он явно кого-то поджидал. И вскоре дождался. Из подъехавшей к участку кареты вышла, опираясь на предупредительно протянутую руку слуги, молодая женщина. Богатая, холеная, без сомнения, аристократка и, как и большинство из них, светловолосая. Волосы золотистые, тонкие, идеально уложенные; из высокой прически аккуратно спускается несколько локонов. Легкое платье изумрудного оттенка развевается на ветру. С запястья свисает совершенно не нужный при нынешней погоде веер. Туфли на таких узких и высоких каблуках, что при одном только взгляде на них у меня начинает кружиться голова.
Уилфорт подошел и галантно взял ее под руку. Можно сказать, слуга сдал ее с рук на руки капитану. Женщина приблизилась к зданию участка (и как только не спотыкается?), обвела взглядом дверь, затем запрокинула голову. На ее лице появилось выражение брезгливости.
— Значит, здесь ты теперь служишь? — спросила она у Уилфорта с нескрываемым сочувствием.
Последнее его, кажется, разозлило. Во всяком случае, ответ капитана прозвучал холодно, а на лице не сохранилось и тени улыбки.
— Как видишь, здесь.
Женщина реакцию капитана словно не заметила и страдальчески поцокала языком.
— Ничего не скажешь, разительная перемена, — бросила она.
Уилфорт скользнул по нам с Диком быстрым взглядом, и я поспешила сделать вид, что вчитываюсь в висящее на столбе объявление. Капитану явно было не слишком приятно, что этот разговор ведется в нашем присутствии.
— Перемены часто бывают к лучшему, — немного грубовато заметил он. — Может быть, пройдем внутрь? Прости, Алита, ты позвонила мне по эхофону всего четверть часа назад. Этого времени было недостаточно, чтобы отменить сегодняшние дела. Так что у меня в запасе всего четверть часа.
— Что же, пойдем.
Дама с прежней брезгливостью покосилась на дверь. Нас с Диком она и вовсе не заметила; во всяком случае, вела себя так, будто мы были пустым местом. Я скорчила ей в спину гримасу, но стушевалась, поймав на себе пристальный взгляд Уилфорта, который, конечно же, пропустил даму вперед.
— Любопытно, с какой целью этой милой девушке срочно понадобился наш капитан? — задумчиво поинтересовался Дик после того, как за этими двоими закрылась дверь.
Ответа от меня он не ждал, просто размышлял вслух.
— А главное, — продолжал он, — на что именно Уилфорт согласился выделить ей ровно пятнадцать минут?
Я поморщилась.
— Вряд ли на то, на что ты намекаешь. С его-то темпераментом? Такой человек никогда не станет использовать рабочий кабинет не по
