пальцем можно добиться эффекта очереди. Обычно толку от этого немного, авто-гладкоствол нереально тащит вправо, о прицельной стрельбе говорить не приходится. Но в такой вот «коридорной» ситуации при тесном огневом контакте с противником бамп-файер может сработать.

У меня сработал. Правда, не совсем так, как я расчитывал.

Двоих «боргов» унесло назад, будто их с гранатомета зачистили. Я лишь успел выхватить взглядом из происходящего две картинки: у одного автоматчика голова превратилась в кровавое облако с фрагментами черепа и осколков лицевого бронещитка. А у второго в груди образовались две сквозные дыры, через которые лился тусклый свет потолочных ламп.

Потом был грохот бронированных тел, падающих на бетонный пол, смешавшийся с грохотом ответной очереди, на этот раз полоснувшей по мне.

Стрелял третий «борг», поливая из «калаша» от бедра и не особо соображая, куда стреляет. Впрочем, при контакте на расстоянии десяти метров и наличии автомата это и не особо нужно. На то они и нужны, те автоматы, чтоб давить врага плотностью огня да зачищать тесные помещения. Чисто военная примочка, которая гражданским людям совершенно точно без надобности.

Пули ударили по щиту, установленному под наклоном – и рикошетом с противным визгом ушли в потолок. Одна из пуль долбанула в «Вепрь», сбив его с Савельева, отчего тяжелый огнестрел с размаху грохнулся на пол. Хорошо, что я со спуска успел снять палец, а то бы вывернуло его нафиг, если б совсем не оторвало спусковой скобой. В общем, повезло. Кабы «борг» мне по ногам очередью резанул, было бы гораздо хуже. Но не сообразил вражина с ходу.

Что меня и спасло…

Временно.

Даже начинающему стрелку одной секунды вполне достаточно, чтоб оценить обстановку, справиться с уводом ствола вправо и вверх, скорректировать огонь и второй очередью резануть немного ниже, по коленям шибко хитромудрого противника.

Но порой в скоротечном бою одна секунда как раз и решает, кому жить, а кому отправляться в Край вечной войны.

Я изо всех сил толкнул каталку вперед, вложив в толчок весь вес своего тела и искренне опасаясь, что она сейчас перевернется нафиг.

Но нет, не перевернулась. Всё, что производилось в Советском Союзе, делалось с многократным запасом прочности, причем надо оно или не надо никого не заботило. Просто принцип был такой, чтоб если делать – то основательно и надолго. А эта медицинская телега точно была оттуда, из «совка», тяжелая как сон сталкера и надежная как цельнолитой гаечный ключ. Плюс тело Савельева и осколки бетонной стены ей весу добавили.

В общем, вся эта махина с размаху врезалась в «борга», безуспешно пытавшегося остановить ее очередью. Пули били в щит, нещадно сотрясая и его, и свернутого за ним Японца, но остановить тяжелый снаряд у автоматчика не получилось.

Удар вышел нехилым, но вполне терпимым для крепкого мужика, упакованного в тактическую броню. Его лишь чуть согнуло, да линия прицела сбилась. И этого оказалось достаточно, ибо я уже несся следом, на ходу выдергивая из ножен «Бритву».

Однако с ходу всадить нож во врага не получилось. Опытный оказался, зараза. Понял, что пристрелить меня уже не выйдет, больно быстро я сократил расстояние. И вместо того, чтоб пытаться совместить линию выстрела с моим телом, сделал проще. Встретил меня прикладом, вложив в удар всю силу.

А вот этого я не ожидал… Только и успел чуть отклониться в сторону, так что удар пришелся не в горло, куда метил «борг», а в плечо.

Надо отдать должное фирменной «борговской» броне, смягчившей последствия страшного удара. Думаю, прилети такое в незащищенный сустав, перелом был бы обеспечен. А так лишь развернуло меня да нож из руки вылетел. Ну и, само собой, от вспышки тупой боли в плече бронекостюм меня не спас – уж больно здоровым был «борг», двинувший меня от всей души.

Плохо. Очень плохо. Потому что пока я кручусь волчком на месте, «борг» уже переворачивает автомат стволом ко мне, а палец стрелка привычно ловит изгиб спускового крючка…

Когда понимаешь, что вот прям сейчас тебя прошьет автоматная очередь, твое личное время само замедляется, без всяких мистических тотемов. Природа как бы дает тебе шанс осознать ценность жизни, особенно – последних ее секунд. Понять, что ты потерял, однажды придя в Зону за чем-то очень эфемерным и совершенно не нужным…

Но очереди почему-то не было. Удивляясь, я, чудом не запутавшись в ногах и не упав, следуя инерции удара, совершил полный оборот на триста шестьдесят градусов – и обалдел от увиденного.

Японец, до этого лежавший на каталке в полной отключке, сейчас большим черным мешком висел на автомате «борга», не давая стрелку воспользоваться своим оружием.

И «боргу» это явно не нравилось. Он уже, видать, разок рванул «калаш» на себя, разодрав щеку Японца мушкой, но Савельев вцепился в оружие крепко. То есть достаточно крепко для человека, только что пришедшего в себя после неслабого потрясения и практически полностью лишенного сил. При этом было ясно, что эти силы уже на исходе.

«Борг» еще раз рванул автомат на себя, на этот раз удачно. «Калаш» оказался у автоматчика в руках, а Виктор чудом не свалился с каталки на пол. «Борг», торжествующе рыкнув, развернул свое оружие, намереваясь рассечь Японца очередью…

Но не успел. Потому что за мгновение до этого я резким движением выдрал из-за голенища берца свой второй боевой нож, прыгнул вперед и изо всех сил ударил клинком в узкую, едва заметную щель между шлемом и бронекостюмом автоматчика.

В тяжелых экзоскелетах эти щели обычно прикрывают толстенным стальным воротником. В более легких версиях защитных костюмов такой воротник

Вы читаете Закон Долга
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×