продолжало бесконтрольно раскручиваться. Там было послание.
– Боюсь, этого будет недостаточно моему капитану, мисс. Ему придется отвечать начальнику полиции Экслею, а начальник Экслей настаивает на соблюдении протокола. Я не могу просто ловить их, мне нужно доказывать, что они виновны. Я должен ходить по судам. Вы удивитесь, если узнаете, сколько виновных ушло безнаказанно. Особенно богатых, с дорогими адвокатами. В этом городе тяжело получить признание виновности для богатого человека.
– Эта девчонка выглядела так, словно учится в старшей школе.
– Еще хуже, мисс. Может у нее богатые родители.
– Не имею понятия.
– А быть красивой – так же хорошо, как быть богатой. Даже лучше. Присяжные любят красивых девушек так же сильно, как адвокаты – богатых людей.
С пляжа донесся крик. Один из затянутых в униформу копов, что прочесывали песок, держал пластиковый пакет для улик. Внутри был окровавленный кол Барби.
– Симон Остряк, – сказала Женевьева. Брови детектива поползли наверх. – Так она это назвала. Что за человек дает прозвища орудию убийства?
– Ты думаешь, что уже знаешь о работе все, а потом всплывает еще что-то, от чего ты с ног валишься. Мисс, если вы не возражаете, я бы хотел спросить. Я знаю, что некоторые женщины находят вопрос неловким, но, эм, ну, сколько вам лет?
– Я родилась в тысяча четыреста шестнадцатом, – ответила она.
– Это пятьсот и, эм, шестьдесят пять?
– Что-то вроде.
Детектив снова покачал головой и присвистнул.
– Скажите, становится проще? Все?
– К сожалению, нет.
– Вы сказали, что у вас – э, как вы это сформулировали? – «уйма разнообразного опыта». Он включает способность становиться умнее с каждым годом? Узнавать все больше и больше ответов?
– Хотелось бы, чтобы это было так, лейтенант. Иногда я думаю, что это только ставит все больше вопросов.
Он хихикнул.
– Вот уж правда.
– Могу я сейчас зайти в свой трейлер? – спросила она, указывая на поднимающееся солнце.
– А мы вас задерживали? – спросил детектив, превосходно зная, что задерживал. – Это ужасно, в вашем состоянии и учитывая обстоятельства. Конечно, вы можете зайти внутрь, мисс. Мы сможем вас здесь найти, если возникнут другие вопросы? Это же трейлер, не так ли? Вы не планируете прицепить его к машине и уехать, например, из штата?
– Нет, лейтенант.
– Рад это слышать.
Он галантно содрал ленту с ее двери. Она достала ключи – кожу пощипывало, а отраженное сияние моря превращало все вокруг в расплывчатые неясные пятна.
– Только еще одна вещь, – сказал детектив, придерживая дверь рукой.
Ключи в пальцах были горячими.
– Да, – ее ответ прозвучал немного резко.
– Вы тоже займетесь этим делом, не так ли? Как по телевизору.
– Я занимаюсь несколькими расследованиями. Могу я заключить с вами пари, лейтенант? На десять центов?
Этому детектив удивился. Он пошарил по карманам плаща и, после того как выудил несколько бумажных платочков и коробок спичек, нашел монетку и улыбнулся.
– Держу пари, я знаю, о чем вы собираетесь спросить меня дальше, – сказала она. – Вы хотите спросить, на кого я работаю?
Он театрально изобразил изумление.
– Это поразительно, мисс. Это что-то вроде вампирических способностей к чтению мыслей? Или вы – Шерлок Холмс, подмечающий разные тонкости в незначительных вещах, типа пятен на ободке сигареты или не завывающей ночью собаки?
– Просто удачная догадка, – ее щеки сейчас ощутимо горели.
– Что ж, посмотрим, смогу ли я так же удачно угадать ваш ответ. Конфиденциальная неприкосновенность клиентов, как у врача или юриста, так?
– Ну вот видите. У вас тоже скрытые таланты, лейтенант.
– Что ж, мисс Дьедонн, я делаю что могу, делаю, что могу… Есть догадки о том, что я скажу вам дальше?
