«встретить».
Дорога к Иберзе была перегорожена опрокинутыми грузовиками, упрочена рельсами и кучами грунта.
– Иваныч, стой! Борзых, кликни саперов, пускай обочину проверят.
– Есть!
Репнин проговаривал команды, не отрывая лба от нарамника. Так и есть – замаскировали пушчонку, гады. Вот, дескать, остановится танк перед баррикадой, и мы ему в бортик…
– Федотов, видишь?
– Вижу, тащ командир! Они в другую сторону целятся!
– Фугасным их, чтоб не целились!
– Есть фугасным! Готово!
– Огонь!
Взрывом смело и самодеятельных артиллеристов, и саму пушку.
– Ванька! Саперы где?
– Сказали, что сейчас… Уже!
Подлетел «студер», и бравые саперы живо обследовали обочину. Распрямились и показали знаками – есть «подарочек»! Объезжайте!
– Иваныч, возьми правее.
– Понял!
Танк сдал задом, заворачивая, и съехал на траву, на лужайку, больше похожую на газон.
– Иваныч! Воздух!
В небе появился старый бомбовоз «Дорнье» До-19, хвастливо прозванный немцами «Уралбомбером» за дальность. Репнин и не подозревал, что в рейхе еще сохранилось такое ломье, но даже летающий металлолом способен бросать бомбы.
Бедный повел танк зигзагом, то притормаживая, то газуя. Когда «сороктройка» миновала одинокое дерево, Геша похолодел – здоровенная бомба летела прямо на танк!
Ужасный взрыв тысячекилограммовой бомбы подбросил танк – и погасил сознание.
Когда Репнин пришел в себя, то услышал стон башенного. Голова Федотова лежала у него на коленях.
Геша хлюпнул носом, утер рукавом кровь и нащупал фляжку с водкой, куда он сливал «наркомовские». Дал глотнуть башнеру, тот пригубил как следует и закашлялся.
– Бля-я… Ну и бабахнуло…
– Иваныч! Живой?
– Не совсем… – прокряхтел мехвод. – Ни хрена себе бомбочка…
– Это «тонка» была… – простонал Борзых.
– И ты не совсем живой?
– Тащ командир, а у вас кровь из ушей…
– У тебя тоже.
Кряхтя, Репнин сунулся к перископ – и ничего не увидел. Темно, как в погребе. Засыпало их, что ли?
– Иваныч, заводи!
– Да мы в воронке, мужики! Ну ни хрена себе…
Похоже, что мехвод был прав. Бомбы из самолета падают не отвесно, а под углом. Вот и «тонка» врезалась в землю под танком и, взорвавшись, выбросила несколько десятков кубометров земли, оставив по себе воронку десяти метров в поперечнике и глубиной метров пять.
Мотор завелся сразу.
– Не сместился! Хорошо! А днище, похоже, выгнуло!
– Выберешься, Иваныч?
– А то!
Сдав назад, мехвод добавил газку, и «Т-43», рыча, полез круто вверх, содрогаясь всем своим стальным организмом. Завис на мгновение, выехав на край, и мягко перевалился вперед.
– Осколочным!
– Есть осколочным! Готово!
– Федотов, видишь грузовики?
– Вижу!
