Проректор опешил:
– Н-нет, но она…
– Оэльрио не знает, как пользоваться порталами! – откликаясь на рык советника, задребезжали стекла.
– Н-но, где она тогда? – растерянно пробормотал Пай.
– Я хочу это услышать от вас.
Повисла пауза, но лорд Яррант не собирался ждать, пока собеседники придумают ответы. Нужно было срочно найти дочь. Сил на новый переход тенями у него уже не осталось. Великая Мать, да он сейчас настолько слаб, что даже не может просто почувствовать ее! Подавив панику – он впервые не знал, где находится Элья, – советник решил действовать.
– Позовите Верда. Немедленно.
Ректор нахмурился и настойчиво возразил:
– Лорд Сатем, пусть мальчик отдохнет, – он примиряюще поднял руки. – Верд уже трое суток на ногах, а сколько сделал оборотов, боюсь и представить. Вы же знаете, что после этого бывает? – Каррэ устало потер виски. – Благодаря ему, вчерашний день для учеников прошел спокойно, не считая этой злополучной группы. В конце концов, мы потеряли бы вашу дочь, если б не он.
– Что ты сказал, Ханимус? – советник даже подошел ближе. – Верд Аллакири спас Оэльрио? В отчете не было об этом никаких подробностей.
– Он в последний момент прыгнул тенями и успел закрыть Оэльрио от Раал’гара.
– Что! Культисты сумели подчинить волка-реликта?!
– Да. Его труп и сейчас в нашей лаборатории. Хотите взглянуть? – любезно предложил проректор.
Несколько ошарашенный лорд Сатем некоторое время молчал, погруженный в собственные мысли, а затем поднял голову и устало сказал то, чего собеседники боялись:
– Во-первых, я все еще хочу увидеть свою дочь.
В дверь кабинета постучали.
– Простите, но это, возможно, что-то срочное. – Каррэ подал знак заместителю, и тот бросился открывать, обрадованный негаданной передышкой.
– Папа!
Как же я была рада увидеть отца в кабинете ректора. Лорд Сатем здесь, а значит, теперь точно все будет хорошо. Спасибо, Великая Мать! Даже легкая обида, грызущая червячком, не умалила моей радости. Но мой искренний восторг все же не помешал разглядеть бледные лица присутствующих и почувствовать некоторое удовлетворение. Они тоже опасаются Теневого мага.
– Элья, что с твоей рукой? – отец разомкнул объятья и отстранился, рассматривая меня. – Что за вид? – его брови сошлись на переносице.
Да, чужая футболка, испачканные штаны, растрепанные и кое-как приглаженные волосы – расчесаться нам не удалось.
– Мне не дали возможности привести себя в порядок, и у меня все еще нет никаких вещей, – не удержалась я от упрека.
Дежурная со своим помощником – я так и не поняла, какую должность он занимал, – позабытые, все еще стояли у двери и выбрали весьма неудачный момент, чтобы подать голос.
– Эти девушки нарушили правила, – старуха подтолкнула вперед Тилью, плечо которой цепко сжимала своей сухой, но крепкой рукой. – В нашем заведении запрещено оставлять гостей на ночь без особого на то разрешения.
Похоже, несчастная старушка еще не понимала, кто перед ней, или же привыкла, что в кабинете ректора никого главнее его самого нет.
Взгляд отца потемнел. Ханимус Каррэ, на миг задохнувшись, заорал:
– Вон!
Начинающие осознавать неуместность своего появления поборники справедливости от неожиданности даже присели, выпучив глаза.
Лорд Сатем повернулся ко мне и спросил:
– Элья, тебе что, негде было ночевать? Стоять! – его окрик буквально пригвоздил ретирующихся в дверях. Дежурная замешкалась, пытаясь утянуть за собой сопротивляющуюся Тилью. Ее неопрятному спутнику удалось улизнуть, трусливо бросив компаньонку на произвол судьбы.
– Папа, это Тилирио Нэпингтон. Она меня приютила на ночь, но теперь у нее проблемы…
– Подойди, – отец внимательно посмотрел на подругу.
– Лорд Яррант, – Тилья скромно опустила свои роскошные ресницы и, прелестно покраснев, исполнила изящнейший реверанс. Даже тот факт, что на ней была надета всего лишь шелковая пижама, а волосы несколько встрепаны, не испортил впечатления.
– Сатем, дитя. Поднимись.
Я невольно залюбовалась и одновременно ощутила легкий укол ревности, усмотрев в глазах отца какое-то новое выражение.
– Как твое родовое имя?
– Тилирио Джаред Ириа Нэпингтон.
– Я был знаком с графом Нэпингтоном. Оказывается, он был не только верным поданным Империи, но и прекрасным отцом, раз вырастил такую дочь.
